Николай помолчал и остановил на ней понимающий взгляд.

– У тебя еще есть выбор. Один путь – «я ухожу от тебя навсегда». Другой – «хочу, чтобы мой уход заставил тебя навострить уши».

Молли отметила про себя, что старший брат неплохо разбирается в женской психологии.

– Ну, жюри еще не вынесло решения…

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Леандро изучал свои ободранные и саднящие пальцы. По дороге в аэропорт он навестил Сантоса и застал его за погрузкой вещей в автомобиль. Управляющий был готов смыться немедленно, явно извещенный о том, что его секрет раскрыт. Он бормотал какие-то извинения и всячески уклонялся от драки. Как Молли могла увлечься этим беспозвоночным?

Вылетать в Женеву, учитывая последние события, не следовало бы. Улетев, он явно допустил ошибку, поскольку все равно никак не мог сосредоточиться на деле. Леандро предельно сократил встречи и заторопился домой.

Сразу по прибытии он с мстительным наслаждением обменялся мнениями с матерью. Обмен кончился тем, что через час она, буквально дымясь от ярости, удалилась в Севилью. Только после этого у Леандро появилась возможность подняться в покинутую спальню Молли. В прощальной записке содержался путаный рассказ о нашедшихся родственниках. Затем сообщение о вылете на вертолете с Николаем Арловым. Ее братом. Русским миллиардером. Но опустевшая комната подействовала на Леандро сильнее, чем бумажные откровения. Ее кольца лежали на туалетном столике. В знак отказа от брака?

Он представил себе мир без Молли, мир, лишенный цвета и тепла. Каждое утро она поднималась, чтобы позавтракать с ним, и, пока он в суровом молчании просматривал газеты, болтала без умолку. Теперь в замке опять наступила тишина, и только эхо гуляло вокруг него. Он возвращался домой, но больше не к ней, своему огоньку в конце туннеля длинного рабочего дня, заполненного тяжелыми поездками и утомительными переговорами. Что ж, так и должно было случиться, не правда ли? При такой жизни нет ничего странного в ее измене и в том, что только развод может устранить разногласия между ними. Но даже такая «железная» логика его не устраивала. Только одно имело значение: кровать Молли пуста, потому что она ушла.

В дверь постучали, и он повернулся, недовольный тем, что нарушают его уединение. За дверями стояла красная, вся в слезах Джульетта, младшая сестра.

– Я сейчас ни о чем не хочу говорить, – не совсем твердым голосом произнес Леандро.

– Даже если я пришла специально, сказать тебе, что связь с Фернандо была именно у меня? – сквозь всхлипывания спросила Джульетта.

У бассейна отдыхали три женщины.

Молли плавала на надувном матрасе, потягивала лимонный сок и подергивала ногой в такт музыке, звучавшей в роскошном лондонском доме Николая.

– Теперь ты выглядишь лучше, – с одобрением произнесла Эбби, красивая, рыжая и тоже беременная жена брата Молли. Она неловко подняла полотенце, чтобы обтереть непослушного, смеющегося сына. Своей подвижностью и решительностью Данило был весь в отца.

– Ты приехала бледная, теперь хотя бы ешь как следует и отдыхаешь больше, – высказалась и Офелия.

Молли улыбнулась. Она была счастлива – теперь у нее есть семья! Первые несколько дней она провела с Офелией и Лизандром в Мадригал Корте, там познакомилась с племянницей и племянниками. Младшему было всего четыре месяца от роду. Николай настаивал, что Молли необходимо провести тесты на ДНК, чтобы в дальнейшем не возникало никаких вопросов. Сделанные тесты подтвердили то, в чем она и так не сомневалась.

Оказывается, Аристид Метаксис, греческий магнат, был ее отцом. У Молли сохранились смутные воспоминания о каком-то госте, приезжавшем к ним, который все время угощал ее сластями. И надо же было такому случиться, что приемный сын Аристида, Лизандр, женился на ее сестре Офелии! Важно было и то, что такие родственные связи изменят ее дальнейшую жизнь, поскольку Аристид благоразумно оставил деньги для своей дочери.