Кирнари остановился, недоуменно переводя взгляд со своего окровавленного племянника, связанного собственным головным убором, на Клиа, задыхающуюся на руках у Алека.

— Эмиэль-и-Моранти, что ты сделал?

— Ничего, дядя. Клянусь луком Ауры! — Эмиэль неловко перекатился и встал на колени. Кровь струилась из разбитого носа, один глаз заплыл и уже почти не открывался. — Принцесса остановилась попить, потом упала. Я оттащил ее от воды, но она начала задыхаться. Я пытался помочь ей, как вдруг этот, — он бросил уничтожающий взгляд на Алека, — этот сопляк выскочил и набросился на меня.

— Лжец! — Алек приподнял голову Клиа, лежащую у него на плече. — Я видел его руки у нее на горле. Посмотрите сами — следы все еще видны. От падения она не стала бы дышать так тяжело.

Назиен попробовал подойти ближе, чтобы осмотреть Клиа, но на его пути встали Бека и Бракнил. Остальные воины, обнажив клинки, заслонили принцессу.

На мгновение на лице старика отразилась борьба уязвленной гордости и беспокойства за гостью, затем плечи его опустились.

— Прошу вас, друзья мои, поверьте мне. Я не имею отношения к этому несчастью, никто не будет препятствовать вашему возвращению в город. Вы быстрее доберетесь с проводником. Разрешите мне сопровождать вас.

— После этого? — воскликнула Бека, по-прежнему заслоняя от Назиена принцессу. В ее голосе звучала угроза, веснушки ярко выделялись на внезапно побелевшем лице.

Клиа пошевелилась, открыла глаза и прошептала:

— Позвольте ему.

— Позволить кирнари вести нас? — в растерянности спросила Бека.

Взгляд принцессы делал невозможными дальнейшие вопросы.

— Моя госпожа принимает твое предложение, — неохотно сообщила Бека Назиену.

— Мы теряем время! Кто-нибудь, помогите мне! — резко бросил Алек.

— Сержант, иди за лошадьми. Капрал Каллас, вы с Арбелусом присмотрите за пленником, — приказала Бека. — Мирн, Стеб, вы поможете Алеку отнести Клиа обратно на поляну. Кому-нибудь придется ехать вместе с ней.

— Я поеду, — откликнулся Алек, — только пусть охрана не отстает.

Позже Алек почти ничего не мог вспомнить о той бесконечной безумной скачке, только мелькание сенгаи Ниала между деревьев да ощущение того, как Клиа у него в руках борется за каждый вдох.

Где-то там, позади, везли под охраной пленника, но сейчас Алеку было все равно, увидит ли он Эмиэля еще когда-нибудь, главное — довести Клиа до Сарикали, пока не слишком поздно.

Алек прижимал к себе принцессу и в то же время старался держать ее так, чтобы не стеснять и без того затрудненного дыхания. Ее коса расплелась, и волосы падали юноше на лицо. Перехватив Клиа поудобнее, Алек прижал голову девушки в своей щеке.

Если Клиа умрет, все, за что они боролись, окажется потеряно. Скала падет, ее бравые защитники будут сметены черным потоком пленимарских солдат и некромантов. Римини, Уотермид — те немногие места, которые он научился называть своим домом, — все будет разрушено непобедимым Пленимаром. Слова из его видения обрели для Алека новый смысл.

Ты — птица, вьющая гнездо на волнах.

Было ли это предсказанием их провала? А Серегил? Посланный быть проводником и защитником, найдет ли он теперь оправдание на том берегу Осиатского моря?

К моменту, когда показалась река, мышцы Алека уже сводила судорога, одежда была мокра от пота. Он безжалостно гнал лошадь; все его спутники, за исключением Ариани, остались позади. Лучшая наездница турмы, разведчица подняла взмыленную лошадь в галоп и помчалась вперед, чтобы предупредить своих.

После полудня Серегил на конюшенном дворе помогал сержанту Меркаль лечить захромавшую лошадь, когда издалека донесся боевой клич Ургажи, повергавший врагов в трепет.