— Так вот как теперь выглядит Ореска, — тихо пробормотал Серегил.

— Да. — Теро снова изменил изображение, показав собравшимся виллу на улице Колеса.

— Это мой дом в Скале, — пояснил Серегил; в его голосе Алек уловил намек на иронию.

Что они увидели бы, вздумай Теро показать их настоящий дом? — подумал юноша. Все ли еще сохраняется черная дыра на месте подвала или на развалинах уже что-нибудь построили?

— Подобная магия доступна и мне, — сказал Саабан. По его знаку слуга принес большую серебряную чашу на треножнике. Саабан налил в нее воды и дунул. По поверхности воды пробежала рябь, а потом в ней отразились зеленые леса на склонах увенчанных снежными шапками гор. На холме на берегу большого озера виднелись белые соединенные между собой здания — похожие на дом кирнари в Гедре, но гораздо более просторные и изысканные. По склону холма раскинулся город, на самом берегу посреди березовой рощи высился окруженный колоннадой храм; его купол ярко сверкал на солнце, освещающем всю сцену.

— Боктерса! — выдохнул Серегил. — Я и забыл, как… Отражение исчезло, и слуги разлили по кубкам тураб. Серегил жадно выпил его..

— Мы познакомились с акхендийской магией, когда проезжали через ваш фейдаст, кирнари, — сказала Райшу Клиа и показала браслет с подвеской в виде листа дерева на левом запястье.

— Это ведь периапт, верно? — спросил Теро, у которого на руке тоже был подобный браслет.

— Правильно, — кивнул ему кирнари. — Волшебные свойства определяются и плетением, и самим амулетом — порознь они не работают.

— Мне хотелось бы узнать, как они изготавливаются, — если это позволено, конечно. У нас в Скале нет ничего подобного.

— Конечно! Среди моего народа это очень распространенное умение, хотя кто-то бывает более искусен в нем, чем остальные. — Райш повернулся к жене.

— Тали, тебе хорошо удаются подобные вещи. У тебя при себе все необходимое?

— Я никогда не расстаюсь с нужными предметами. — Амали пересела на ложе волшебника и достала из кошеля на поясе связку тонких кожаных ремешков. — Нужно только знать узоры, — объяснила она Теро. Одним легким движением она пропустила ремешки сквозь пальцы; получилась короткая плетеная лента — ее узор был гораздо сложнее всего, что скаланцы видели до сих пор. — Потом к плетению присоединяется амулет — в зависимости от того, в чем нуждается будущий хозяин. — Амали достала маленький мешочек и высыпала на ладонь несколько резных деревянных фигурок. Пристально посмотрев на Теро, она выбрала простую гладкую пластинку с изображением глаза. — Это дарует мудрость. — Амали прикрепила талисман к плетеной ленте и завязала браслет вокруг запястья молодого мага.

— Ее никогда не бывает достаточно, — засмеялась Клиа. Амали быстро сделала еще один браслет и протянула принцессе: на сей раз амулетом служила маленькая деревянная птичка, подобная тем, что украшали браслеты Алека и Торсина.

— Тут очень простые чары. Талисман предупредит тебя, если кто-то рядом будет желать тебе зла.

— Мне мой браслет помогал не раз, — заметил Торсин. — Хотел бы я, чтобы маги Орески освоили такое искусство.

— А не скажешь ли ты мне, для чего вот эти? — Клиа показала Амали резные листок и желудь на нескольких переплетенных полосках кожи.