– Томас Карстейз!.. – ошеломленно проговорил Де Воба. – И что он вам сказал?

– Ничего! – в гневе воскликнул Одноглазый.

Тут вмешался Поль Бержерон:

– Л’Ариньи увидел его сегодня утром в моей гостинице. Клянусь тебе, Жан-Пьер, я не знал, кто он такой! Его взял на работу мой консьерж, он с ним и имел дело изо дня в день. Этот тип несколько месяцев работал у меня под носом, скрываясь под именем Дюбуа!

– Он работал в твоей гостинице, Бержерон? – Судя по громкому стуку, Де Воба ударил кулаком по столу. Что-то раскололось. – И в каком же качестве он у тебя работал?

– Он заведовал бухгалтерией. Жан-Пьер, да не смотри ты на меня так, черт возьми! Я не имел понятия, что он шпион! Он казался совершенно безобидным! Откуда мне было знать…

– Идиот! Уволь меня от своих жалких оправданий!

Анемон затаилась в своем укрытии. Нервы ее были на взводе. Ее так и подмывало броситься на поиски отца, вырвать его из лап злодеев, но она понимала, что надо ждать. Боже, поскорее бы они прекратили спорить и сказали еще что-нибудь важное!

В голове девушки крутились слова Де Воба о лорде Бромфорде. Его светлость уже выпил какое-то снадобье. Может быть, его отравили? Есть ли надежда его спасти? Как только эти люди выйдут из комнаты, она вылезет из шкафа и побежит искать Стивена. Вместе они сумеют тайком увезти его светлость, а потом найдут ее отца в пивной Хромого Матти. Улица Жирод, Болото. Она содрогалась при одной мысли о том, что ее отец находится в этом притоне воров и контрабандистов.

«Черт возьми! – думала Анемон, и к горлу ее подкатывал комок гнева. – Кто же этот Паук – человек, который узнал и выдал папу? Кто бы он ни был, я с ним расправлюсь! Он получит по заслугам!»

– Слава Богу, что на той неделе Л’Ариньи приехал в Новый Орлеан. Он успел опознать шпиона, – продолжал Де Воба после минутного хождения по комнате. Остальные молча ждали. – То, что Карстейз здесь, очень плохо, но это еще не провал, как ты сказал. Наш план уже запущен в действие. Этот шпион у нас в руках. Даже если у него есть сообщники, они не успеют нам помешать. Сейчас они наверняка где-то в другом месте – гадают, куда подевался их начальник.

– Они здесь, Жан-Пьер! Под этой самой крышей! – Голос Поля Бержерона дрожал от волнения. – Та женщина, с которой ты меня познакомил в танцзале, – мадам Берк! Она и ее мнимый муж только вчера поселились в моем отеле, представившись родственниками Дюбуа-Карстейза! Я уже расспросил о них моего консьержа. Нет никаких сомнений. Л’Ариньи узнал женщину по описанию. Он говорит, что это дочь Карстейза. Ее зовут Анемон, и она работает агентом британской разведки – шпионка!

У Анемон перехватило дыхание, а сердце на мгновение замерло. Паук был близко знаком и с ней, и с ее отцом. Он узнал их обоих – узнал и предал!

– Так что не надо винить в этом провале кого-то другого, Де Воба! – прорычал Одноглазый. – Ты пригласил эту пару в свой дом, и они нарушили все наши планы. Ты обвиняешь всех подряд в отсутствии мозгов, а сам и есть главный дурак!

– Молчать! – рявкнул Де Воба с такой яростью, что по спине девушки побежали мурашки. – Мне нужна минута полной тишины. Я должен подумать – вы двое, конечно, не знаете, что это такое!

Его голос рассек воздух, и она съежилась в темном шкафу, неожиданно радуясь этим четырем стенкам, которые укрывали ее от его гнева.

Она представляла себе гладкое аристократическое лицо красавца француза, перекошенное злобой. Под угрозой были не только его планы, но и его авторитет.