– Совет не будет помогать мне, почему же ты будешь?

– У меня такие же важные причины преследовать Мал‑ек‑у, как и у тебя, Киеранфой. Я сказала тебе, что мой отец умер. Я не сказала только, что он умер месяц назад, когда его убили трагг‑и.

Она представила себе трагг‑а, и то, что она представила, передалось из ее мозга в мозг Киерана, и Киеран содрогнулся.

– А почему они его убили? – тихо спросил он.

– Они искали мешочек с амулетами, который принадлежал Талиесину Рыжеволосому, он многие годы хранился у моего отца.

– Искали мешок Талиесина? Но за эти долгие годы все его содержимое, наверное, превратилось в прах?

Ха‑кан‑та дотронулась до мешочка, висевшего у нее на бедре.

– Вот он принадлежал моей бабушке, – сказала она. – Он хранится уже двадцатое длинное лето, то есть – две тысячи лет, но благодаря колдовству целехонек.

Киеран взглянул на мешочек и понял, почему Ха‑кан‑та помогает ему.

– Это мешочек Сары, – сказал он. – Он ведь принадлежал Талиесину, правда? Но зачем он понадобился Мал‑ек‑е?

– Амулеты Талиесина очень сильные. Мал‑ек‑е что‑то понадобилось из этого мешочка, и он послал трагг достать это ему. Но у моего отца мешочка уже не было, он отдал его Тому‑хенг‑ару…

– А тот передал его Эледу Эвансу, который, умирая, завещал его дяде Сары. Дядя сунул его в коробку, и она валялась где‑то в их лавке, пока Сара не нашла ее. О Господи. – Киеран вздохнул. – Но почему теперь? – спросил он. – Почему после стольких лет Мал‑ек‑а стал охотиться за каким‑то амулетом?

– Мал‑ек‑а всегда олицетворял зло, – сказала Ха‑кан‑та. – Но он не всегда был таким могущественным, как теперь. Говорят, что своим тотемом он избрал росомаху, и поэтому трагг‑и служат ему.

– Но, – стал вслух рассуждать Киеран, – Сара оставила этот мешочек в доме своего дяди. Мал‑ек‑а мог бы иметь его сейчас, если бы… – Он вспомнил, как блеснула золотая вспышка на маленькой ладони. – Кольцо, – тихо произнес он. – Мал‑ек‑е нужно кольцо.

Разговаривая, они дошли до берега озера. Киеран посмотрел вокруг, потом обернулся и взглянул на стойбище квин‑он‑а.

– А где же Сара? – спросил он.

Ха‑кан‑та закрыла глаза и направила свой внутренний взор на поиски. Она долго стояла, не шевелясь, и потом сказала:

– Ушла.

– Ушла? Но она не могла уйти далеко.

– Довольно далеко, – сказала Ха‑кан‑та. – Она вышла из этого мира.

«Прекрасно, – подумал он, – и унесла с собой табак».

– Она ушла домой, – сообщил чей‑то голос.

Оба обернулись. На ближайшем утесе, обняв колени, сидел Пэквуджи, на его лице была широкая плутовская ухмылка.

– Кто… – начал Киеран.

– Пэквуджи, друг Сары, – ответил человечек. – Это я, а что?

– Что ты с ней сделал? – строго спросила Ха‑кан‑та.

Пэквуджи только помотал головой, не желая, чтобы его запугивали.

– Она говорила, что хочет домой, – сказал Киеран. – Значит, отправилась в Дом Тэмсонов, а он в нашем мире.

– Я ведь сказал «домой», – еще шире ухмыльнулся Пэквуджи. – А твой дом там, где твое сердце, правда? Ты ведь, наверное, хорошо знаешь, что у нее на сердце, Будущий‑Убийца‑Бардов? Знаешь?

Киеран сделал было шаг к маленькому человечку, но Ха‑кан‑та остановила его.

– Помнишь, мы говорили о братьях‑барабанщиках? – сказала она.