— Готово, — тяжело дыша, произнесла девочка, поравнявшись с Грир. — Выкопай яму поглубже, чтобы вода смогла наполнить ее, когда начнется прилив.

— Да, мадам. — Грир посмотрела вслед тщедушной фигурке малышки: та ускакала от нее, размахивая руками, и принялась наворачивать круги на песке. — Да, моя крошка, — прошептала она.

Песок забивался под ногти и прилипал к влажным ладоням. Грир принялась за углубление канавки, которое, по словам Симоны, требовалось для того, чтобы вода наполнила ров, окружавший замок. Когда Эндрю заехал за Грир в Уэймут, Симона уже была с ним. Он отвез их обратно в Рингстэд, объяснив, что ему необходимо заехать в госпиталь перед поездкой в Лайм. А как только Эндрю уехал, Симона уговорила Грир спуститься к пляжу, чтобы построить замок.

Усевшись на корточки, она обернулась через плечо. Прилив уже начинался — и угрожал затопить ее саму, прежде чем она успеет приготовиться к обороне. В ее жизни все происходило именно так.

Симона была просто чудо. Грир уже не было так мучительно больно держать ее маленькую ручку, спускаясь по крутой тропе к утесу, или заплетать распустившуюся косичку. Сидя на корточках, Грир обняла лодыжки и прижалась щекой к коленям. Тугие цепи, которые, казалось, надежно охраняли ее чувствительное сердце, стремительно распускались. Но найдется ли способ удержать то, что было теперь для нее самым важным на свете, — любовь Эндрю?

— Просто здорово.

Сзади шею Грир обхватили тонкие ручонки, и, не удержавшись на корточках, она с глухим звуком повалилась на пятую точку. Симона прижалась к ее уху холодным личиком.

— Получится изумительно, — громко объявила девочка. Упершись подбородком в запястье, Грир рассмеялась.

Выглянувшее ненадолго солнце ослепляло ее, но она внезапно ощутила присутствие другого человека и обернулась.

— Эндрю, это ты? — позвала Грир. Силуэт Эндрю было ни с кем не спутать, и, когда он не откликнулся на ее зов, она прищурилась, чтобы разглядеть лицо мужчины. — Мы не слышали, как ты подошел. Что думаешь о нашем дворце?

— Фантастика. Не видел ничего красивей. — Эндрю улыбнулся, но перед этим Грир успела заметить усталое выражение на его лице. Каждая мышца ее тела болезненно сжалась. Несмотря на все старания Грир, тревога, которую она испытывала последние двое суток, передалась и Эндрю. Она догадывалась об этом, еще когда они переплывали на пароме спокойное море, возвращаясь в Уэймут. Он тоже пытался притворяться, будто все в порядке, даже не зная зачем.

— Нам было так весело, дядя Энди, — прощебетала Симона. — Я даже не расстроюсь, если мы не поедем в Лайм. Можем посмотреть, как наполнится ров, а потом попить чай у тебя на кухне.

— Мне нравится эта мысль, — сказал ей Эндрю. — А тебе, Грир?

Отряхнув джинсы, она подошла к нему. Симона сосредоточенно рассматривала пенистую воду, с каждой волной подбиравшуюся все ближе к ее замку.

— Она очень тебя измотала? — тихо спросил Эндрю.

— Мне очень понравилось с ней. Она потрясающая. — Горло болезненно сжалось, и она откашлялась. — Мне кажется, я решилась завтра поехать в Лондон.

Эндрю развернул ее к себе:

— Увидеться с матерью?

Грир кивнула:

— Если получится. Она может не прийти в восторг, когда я объявлюсь. Возможно даже, велит мне убираться, но, по крайней мере, я не буду винить себя в том, что не смогла преодолеть страх и избежала встречи, — произнесла Грир, надеясь на то, что Эндрю ответит что-нибудь вдохновляющее.

Он долго смотрел в небо, а потом перевел взгляд на Грир:

— Нет ничего, чего мы могли бы избегать вечно. Нужно разрушать все препятствия на пути, если хотим быть счастливы.

Глава 17

Грир знала, что Руби сорок восемь.