— Может, все-таки поговорим? — нерешительно спросил он.

— Если хочешь, — ответила Грир приглушенно.

— Хочу, — твердо сказал Эндрю. — Тогда давай пообедаем. Но сначала мне нужно остановиться у... медцентра. Ты можешь часок по городу погулять. Здесь есть интересные музеи... — Он ощутил, как ее тело внезапно напряглось. — Тебе не нравятся музеи? — спросил мужчина.

Внезапно он ощутил легкое прикосновение. Это были се пальцы, тронувшие его спину.

— Возьми меня с собой, — произнесла Грир. Она продолжала идти, хотя он замедлил шаг. — А потом пообедаем.

Ему стало дурно.

— Тебе будет скучно в комнате для посетителей. Там нечего делать, разве что читать старые журналы.

— Эндрю. — Грир резко остановилась и посмотрела ему прямо в глаза. — Главная причина, по которой я в Англии, — это мое желание встретиться с тем, чего я все это время избегала. Если ты позволишь, я пойду в больницу вместе с тобой.

Неестественно бодрый голос, которым он выдавил: «Что может быть лучше», звучал вовсе не похоже на его собственный.

Глава 6

Грир прислонила голову к прохладному стеклу маленькою «астона». Где же все началось? В Сиэтле, когда они с Колином решили отправиться сюда? До сих пор она полагала, что именно этот момент и служит отправной точкой ее путешествия в прошлое. Но оказалось, что это не так. На самом деле все началось с ее удочерения Томом и Дианой Уайетт. И теперь, в этом месте, она должна найти истоки собственной жизни. В уголке ее правого глаза бился нерв. Нужно пройти через все стадии, а потом начать жизнь с чистого листа.

Мимо проносились маленькие магазинчики. Слева от них показалось здание в позднеготическом стиле, переоборудованное в ресторан. Качающаяся над свинцовыми дверями цветная табличка гласила: «Судья Джеффри». По другую сторону дороги стояла огражденная черными металлическими решетками серая статуя угрюмого мужчины. Затем Грир заметила здание музея. Должно быть, одного из тех, о которых упоминал Эндрю. Скоро они будут у медцентра. Она не чувствовала тревоги. Странно. Как только Грир решилась посетить это место, она поняла, что только так сможет двинуться дальше. После этого, когда они пообедают, она покинет Эндрю и отправится в Ферндэйл.

— Ты уверена, что хочешь сделать это? — тихо спросил он, переключая коробку передач.

— Разумеется. Помимо прочего, это логичнее, чем шататься по улице в такой холод, — сказала она. Хоть один раз за все время, проведенное вместе с ним, Грир докажет, что она не сентиментальная развалина.

Эндрю слабо улыбнулся, устремив взгляд на дорогу.

— Вот это мне нравится. Но, к сожалению, вполне возможно, что в зале ожидания окажется не намного теплее, чем на улице. Но я быстро, — заверил он ее.

Эндрю свернул на узкую улочку, по обеим сторонам которой располагались дома с террасами. Грир выпрямилась на сиденье. Она вспомнила этот переулок. Одинаковые оконные ниши, одна над другой, веселые кружевные занавески. Дома отделялись друг от друга только водосточными трубами, каждая из которых была выкрашена в свой цвет в зависимости от отделки дома. По этой улочке, мимо этих домов, ее увозило такси, когда она уезжала обратно в Сиэтл. Грир посмотрела вперед. Вдоль проезжей части разлетались золотисто-каштановые обрывки опавших листьев, разорванных сотнями колес.

Они повернули налево, затем направо, и она увидела больницу. Желудок у Грир болезненно сжался. Она ведь уже видела это здание с высокими воротами, широкие ступеньки округлой формы, ведущие к главному входу. И почему-то у Грир все равно было ощущение, что она здесь впервые.

— Вот мы и приехали, — сказал Эндрю, паркуя дряхленький «астон» между «ягуаром» и серебряным спортивным «мерседесом».