Как большинство джентльменов его круга, лорд Монтегю не занимался воспитанием своего сына, переложив это ответственное дело на плечи других людей. Благодаря шотландской няне – пресвитерианке, молившейся суровому, но всепрощающему Богу – Джордж был воспитан в строгих моральных устоях. Его школьное воспитание соответствовало скорее Нетер Стоу, чем Итону или Харроу.

В итоге Джордж сейчас смотрел на отца как на чудовище. В смущении и отвращении он опустил глаза, сосредоточившись на пузырьках, поднимающихся со дна бокала шампанского.

Теренс раздраженно пожал плечами. Он наклонился к уху Гермионы:

– Моя… хм… протеже прибыла благополучно? Она кивнула.

– Цела и здорова, но очень несчастна. Он сделал большой глоток шампанского.

– Это пройдет, – Теренс предвкушающе улыбнулся. – Я не могу ждать, когда ее настроение изменится. Покажи, где ты ее поместила. – Обернувшись к сыну, он похлопал юношу по плечу. – Давай, мой мальчик, повеселись. Узнай, что такое женщина.

Вдруг Гермиона переменилась в лице и высвободилась из-под руки Теренса. К несчастью, она не успела остановить Кэйт.

– Лорд Монтегю, – громко обратилась к нему девица в черном. – Добро пожаловать в «Лордс Дрим».

Лорд Монтегю остолбенел. Его глаза предостерегающе блеснули, скользнув по хрупкой фигуре и безупречной коже, вызывающе белой по контрасту с угольно-черным атласом и кружевом.

– Кто это? – обратился он с вопросом к Гермионе.

Хозяйка борделя закрыла глаза и прижала пальцы к вискам.

– Одна из девушек. Не обращайте…

– На самом деле я – нечто другое, – Кэйт встряхнула головой, потревожив густые черные волосы, каскадом спускающиеся по ее спине. – Меня зовут Геката, мой лорд. Знаете – так звали ведьму. Но я взяла себе имя Кэйт. Еще шампанского, Юника. Сегодня торжественный вечер.

– Кэйт, пожалуйста, – пробормотала леди Гермиона. – Сейчас не время.

Медленной походкой Кэйт подошла поближе к лорду Монтегю. Протянув ему руку, она улыбнулась:

– Мы еще не встречались с вами, ваша светлость. Но теперь, кажется, настало время познакомиться. Думаю, что я могу представиться сама.

Остолбенение Теренса перешло в рассчитанную усмешку. Он поднял руку ко рту и пригладил жидкие усы.

– Вы – нахалка, юная леди. Вас нужно поучить манерам получше. Очень жаль, но на этот вечер у меня другие планы.

– Очень жаль. Я с таким же удовольствием поговорила бы с вами и о манерах, и о кое-чем другом.

– Кэйт! – взмолилась леди Гермиона.

– Может быть, вашему сыну будет интересно побеседовать со мной? – продолжала Кэйт. – Почему бы вам не представить нас друг другу? Я столько слышала о вас, Джордж.

Прежде чем Гермиона успела вмешаться, Кэйт прошла мимо нее и закинула руки молодому человеку на шею. Если бы это были гадюки, он не мог бы отшатнуться от них с большим отвращением. Она усмехнулась, видя его растерянность:

– Какая честь приветствовать здесь наследника собственной персоной, да еще в вечер вашей инициации. Как кстати!

– Кэйт! – вскричала Гермиона. – Прекрати! Гитаристка перестала играть. Разговоры стихли, затем возобновились уже на более высоких тонах.

– Я счастлива, что наконец встретилась с вами, – не замолкала Кэйт.

– Кто эта тварь? Понимает ли она, что делает? – пожелал узнать Теренс.