|
Она оглянулась на дом на холме. Колонны, башенки, теплый портлендский камень, террасы, оранжереи, фонтаны, беседки… Насколько он отличался от домика отца в родной Греции, с его выбеленными стенами и голубыми ставнями. Она вздохнула, вспомнив обещание Дирка отправить ее в гости домой. Но он сказал, что она поедет с его сестрой, а когда Серра поинтересовалась у золовки, когда они отправятся в путешествие, та нахмурилась, пожала плечами и ответила: — Когда-нибудь, только не в этом году.
В стороне от реки стояли домики работников поместья, дети играли в садиках, а женщины развешивали свежевыстиранное белье. Оно мертво повисало на веревках — ветра не было. Кто-то улыбнулся и помахал ей рукой: — Доброе утро, миссис Морган. Холодает. — Она повернулась к саду, откуда ее окликнули: перед ней, облокотившись на изгородь, стоял старик. — Вы, видать, не привыкли к нашей погодке — всю жизнь на солнышке. Она улыбнулась в ответ, поздоровалась и продолжила свою прогулку по берегу реки. Неужели ничего не изменится? Удивительно, как быстро растаяли чары. Она провела в Гранже меньше двух месяцев, но никогда в жизни ей не было так скучно. Если бы она могла с кем-нибудь подружиться! Желание было таким же острым, как желание выйти замуж в тот самый день, когда она познакомилась с Дирком. Она буквально видела себя окруженной множеством сверстников-друзей, с которыми ходит на вечеринки, ездит в театры и, наконец, обретает долгожданную свободу. Но она ничего не делала — целыми днями сидела в диванной, подобрав под себя ноги, и читала или, как сейчас, в одиночестве прогуливалась по прекрасным паркам Дорсета Правда, в Гранж изредка заглядывала миссис Морган, но у нее был свой круг друзей, свои светские обязанности, и она не могла уделять слишком много времени невестке. Она всегда была любезна и доброжелательна, давала советы о том, как одеваться, но ей было некогда даже составить Серре компанию в походе по магазинам. Серра покупала себе совсем немного, а что касалось денег, которые платил Дирк, то они и вовсе оставались нетронутыми. Она расстелила новый плащ на берегу и села. Что ей было делать? Вдруг глаза девушки заблестели, и она невидящим взглядом уставилась на чистую холодную реку. Мать никогда не говорила о родственниках, но… Ее девичья фамилия была Гудвин, и жила она в Мидлендсе. Серра сдвинула брови, мучительно вспоминая, и в памяти возникло название Уолсол…. Наверное, ей бы не удалось отыскать никаких родственников, если бы в тот день Дирк не собрался ехать в Лондон. — Ты же говорил, что поживешь пару дней дома, ведь у тебя есть дела в поместье. — Она почти плакала, длинные ресницы уже стали влажными, и она быстро смахнула слезы. — Мне очень одиноко. Дирк нахмурился. С каждым днем он становится все интереснее, — подумала она, заглядывая ему в глаза снизу вверх. Если бы он только свозил ее куда-нибудь… ей ужасно хотелось, чтобы все увидели их вместе, и она могла бы гордиться своим мужем. О большем Серра даже и не мечтала. — У меня более срочные дела в Лондоне. — Он продолжал хмуриться, и она испугалась, что он недоволен ею. — А что, разве на этой неделе Дженни не было дома? — На этой неделе? Да ее нет уже полмесяца. — Правда? — Он сжал зубы. — Я поговорю с ней. Она не имеет права бросать тебя одну. — Дирк… — она колебалась, продолжать ли фразу, но потом решилась, — если бы ты иногда брал меня с собой… — ее нежный голос становился тише и тише, пока не замер вовсе. Муж покачал головой. — Ты с самого начала знала, что я не стану с тобой носиться. Придумай собственные развлечения… — Я так и делаю — читаю, сидя в диванной целый день напролет. |
