— Слушай меня, племянница, слушай внимательно. Отец мистера Блэкхорна — старый друг твоего отца. Ты будешь кроткой и вежливой с ним. Одно твое несдержанное слово, и я обещаю, что ты неделю не будешь есть и никогда больше не увидишь это грязное чудовище. Я уничтожу его! А теперь сними этот отвратительный платок с головы и…

— Госпожа Дево, джентльмен говорит, что ему скоро нужно ехать. — Служанка Лета ворвалась в заднюю гостиную и, задыхаясь, присела в реверансе. — Он не будет пить чай и послал меня просить мисс Мадлен.

Клод смотрела, как Мадлен стянула с волос пропитанный потом красный платок. Волосы рассыпались влажными, спутанными локонами по плечам и по спине.

— Сними свой чепец, — приказала она служанке. — Пусть Мадлен, по крайней мере, подобающим образом спрячет под ним свои волосы.

Мадлен сделала так, как ей было приказано, по-прежнему не понимая, что же, в конце концов, происходит. Она покорно последовала за Клодом по коридору в переднюю гостиную.

Блэкхорн бросил взгляд на чумазое создание и чуть не расхохотался горьким смехом. Взяв себя в руки, он поклонился и небрежно улыбнулся.

— Ваша тетя указала, что вы прилежная и работящая девушка. Кажется, она не преувеличивала.

О боже, ее волосы, какого-то неопределенного темного оттенка, были скрыты под чепцом, подозрительно напоминавшем тот, который недавно был на служанке. Несколько непослушных завитков упали на лоб и еще несколько прилипли к вспотевшему затылку. Она была маленькой и худой, как ее тетка. Кроме того, он мало что мог добавить, ибо ее широкое платье, сшитое из грубой серой ткани, висело на ней, как мешок.

Он приготовился к тому, что она окажется некрасивой, даже молил об этом, но чтобы она была еще и слабоумной в придачу, это уж слишком! Он изучал ее широко посаженные глаза цвета янтаря.

— Вы умеете разговаривать, госпожа? Я Квинтин Блэкхорн. Ваш отец и мой вместе воевали против французов в прошлых компаниях.

Ее язык прилип к небу, когда, она смотрела на холодного прекрасного незнакомца. Он груб, несмотря на его ослепительную внешность. Но она знала, что Клод наблюдает за ней с хищным выражением лица, готовая наброситься на нее за малейший промах.

— Я… я Мадлен Мари Дево, мистер Блэкхорн. Мой отец никогда не упоминал мне о семье Блэкхорн.

— Конечно, нет. Отцы не говорят со своими детьми о той отвратительной войне против папистов, — упрекнула ее Клод.

— У вас есть познания в арифметике? — спросил Квинтин, игнорируя Клод.

Мадлен вздернула подбородок. Тетя Изольда позаботилась о том, чтобы она получила хорошее светское образование.

— Да, я знаю арифметику, умею читать, даже писать красивым почерком. Я читала классику на латыни и…

— Ну, довольно хвастаться, — прервала ее Клод. — Самое главное, что ты можешь читать Библию и знаешь катехизис.

— Да, конечно, тетя Клод, — сказала Мадлен, пытаясь не проявить гнева.

Она изучала точеные черты Блэкхорна, которые не выдавали ничего, кроме пугающего темно-зеленого цвета его глаз. «По крайней мере, мое любопытство насчет цвета его глаз удовлетворено». Он кивнул.

— Она подойдет. Подготовьте ее к путешествию через две недели. — С этим резким заявлением он повернулся и взмахнул своей шляпой. — С вашего разрешения, леди, я должна немедленно ехать в Чарлстон.

Когда Мадлен стояла у окна, наблюдая, как он удаляется, дрожь, вызванная каким-то странным предчувствием, пробежала вдоль ее позвоночника.

— Что он имел в виду? — спросила она Клод.

— Завтра приезжает твой отец. Он все тебе объяснит, — только и ответила старая дева.