— Только не засни в бочке на потеху всему миру, — буркнул Даниель и вышел из комнаты. Через пару минут он вернулся с большим камчатым полотенцем. Ласково взяв Джоли за руку, помог ей подняться на ноги в бочке с водой и принялся вытирать ей плечи, спину, живот. Сладкая теплота переполнила Джоли, потому что никогда еще он не прикасался к ней так нежно и интимно и в то же время ничего не требуя. Да Джоли ничего и не могла бы ему дать после сумасшедшего бегства с Нан из дома Айры Дженьюэри и бессонной ночи с роженицей. Даниель принес еще и одеяло, которым обернул ее, а потом взял на руки. Щека Джоли оказалась на плече Даниеля. Он, едва касаясь, поцеловал ее в лоб и внезапно осипшим голосом сказал:

— Вы заслужили отдых, миссис Бекэм. Джоли охватила нежная истома, когда Даниель помог ей натянуть ночную рубашку, а затем заботливо укутал одеялом и подоткнул его. Одеяло сильно пахло нафталином, хотя Джоли достаточно долго проветривала его еще тогда, сразу же после уборки урожая.

— Даниель, — только и сказала Джоли, но одно это слово отразило все ее чувства. Она так устала, что губы ее не смогли бы больше вымолвить ни слова, глаза смыкались.

Даниель поцеловал ее, но не страстно, а как бы подавая надежды на любовь и страсть.

— Отдыхай, — сказал он ей, и последнее, что слышала Джоли, был стук закрываемой двери.

Она сладко потянулась и перевернулась на живот, а когда проснулась, то ощутила изумительный аромат жареного цыпленка. Она открыла глаза и увидела Даниеля, который осторожно переступал порог спальни, держа в руках заставленный тарелками поднос Очевидно, это был ее обед. Обед? А может быть, сейчас утро? Или вечер?

Джоли, зевнув, уселась на кровати и посмотрела в окно, но понять, то ли был хмурый день, то ли уже сгустились сумерки, не смогла. Джоли тут же встревожилась:

— А где Джемма и Хэнк?

— Внизу, занимаются своими делами, — ответил Даниель, подходя к кровати. Явно думая, что Джоли сейчас вскочит с постели, чтобы убедиться самой, он остановил ее притворно-суровым взглядом:

— Вы останетесь в постели, миссис Бекэм, так что выбросьте все из головы.

Джоли нахмурилась, думая о делах, которые ей сегодня предстоят.

— Который час?

— Половина девятого, — ответил Даниель. Джоли пришла в ужас. Половина девятого! А ей еще надо погладить рубашки мужа и детей, прибраться и вымыть пол в кухне. Но и это не все: Верена одна ухаживает за Нан Калли, а в доме бедняжки Мэри, должно быть, без женской руки царил полный кавардак.

Даниель поставил ей на колени поднос.

— Ешь, — приказал он.

Джоли поняла, что этому приказу нельзя не подчиниться. Впрочем, и ее пустой, как пещера, желудок требовал свое. Она потянулась за ложкой.

— Верена и Нан… — начала было Джоли.

— С ними все в порядке, — прервал ее Даниель. — За ними приглядывает Дотер. И Мэри в полном порядке

— Уже решили, как назвать девочку?

Даниель кивнул.

— Рейчел-Энн, — ответил он. — Рейчел в честь нашей мамы, а Энн звали мать Мэри.

Джоли, жуя пудинг, размышляла.

— А как мы назовем нашего ребенка?

Вопрос был задан совершенно невинный; Джоли и представить себе не могла, что он вызовет такую реакцию мужа. Даниель отпрянул от постели, чуть не опрокинув поднос, вскочил и повернулся к Джоли спиной. Она по его плечам увидела, что он часто задышал.

— Даниель? — позвала Джоли немного дрожащим голосом. Он ничего не ответил, не оглянулся. Он просто выскочил из комнаты.

Джоли еще долго сидела на кровати, уставившись в потолок. Нет, ей просто померещилось изменение к лучшему в их отношениях после того, как Даниель увидел появившегося на свет здорового и крепкого ребенка.