Адам Трент отступил на шаг, чувствуя себя, как атакуемый задиристой курицей петух.

— Он преступник, разыскиваемый Законом, — сказал Трент, защищаясь, — я всего лишь выполняю свою работу и выполняю ее так, как считаю нужным. В любое другое время пролилась бы кровь — его, или моя, но я не хочу, чтобы такое случилось, тем более, если могу это предотвратить.

— Закон, закон! Здесь нужно думать больше о жизни, чем о законе. Этому человеку надо обнять свою жену, а ей нужно, чтобы ее обняли. И ему нужно подержать на руках своего малыша. Вам следует стыдиться себя.

Адам Трент взглянул поверх головы Марджи на ее мужа, обращаясь за помощью. Люк Крофт пожал плечами.

— Она иногда болтает чепуху, — признал он, — но на этот раз она права.

Адам Трент почувствовал, как растет его гнев.

— Вы двое очень сильно интересуетесь тем, что правильно, а что нет, — резко возразил он. — А как насчет прав Джима Макклейна? Этот индеец убил его. Убил его хладнокровно, насколько мне известно. А то, что его… его жена только что родила ребенка, не меняет сути дела.

Люк и Марджи Крофт обменялись взглядами. Конечно, Трент был прав. Человек был убит, а его убийца схвачен. Если бы не их любовь к Бриане и хорошее отношение к Шункаха, их не пришлось бы убеждать в том, что известный преступник не должен разгуливать на свободе.

— Лучше я пойду и взгляну на Бриану, — сказала Марджи.

Супруги Крофт и Адам Трент вошли в комнату. Бриана только что уснула, и Марджи тихо запричитала, увидев темные круги под глазами молодой матери и непросохшие слезы на щеках.

— Бедный ягненок, — прошептала женщина, — она так устала.

Адам Трент тихонько хмыкнул. Потом поднял револьвер и махнул им в сторону Шункаха Люта.

— Иди сюда, — приказал он. Сядь спиной к кровати.

Шункаха Люта сделал, как было приказано, Трент снял браслет наручников с левой руки Шункаха и защелкнул его на латунной спинке кровати.

— Это будет держать тебя ночью, — сказал полицейский, убирая револьвер в кобуру. Он повернулся к Марджи Крофт. — С рассветом мы уедем.

— Уедем? — отозвалась Марджи. — А кто же будет присматривать за Брианой и ребенком, когда вас не будет?

— Я предполагал, что вы останетесь здесь.

Марджи Крофт отрицательно покачала головой. Возможно, если Трент представит себе, что Бриана останется совсем одна, он задержится на несколько дней, давая таким образом ей и Шункаха Люта больше времени побыть вместе.

— Мы должны вернуться в город, — сказала Марджи. — Вы же знаете, нам нужно заниматься делами в магазине. — Она оглянулась через плечо на мужа. — Действительно, нам лучше поехать домой прямо сейчас. Уже поздно, а мы должны рано открываться. Доброй ночи, мистер Трент, Шункаха. Через пару дней мы заглянем навестить Бриану.

Адам Трент тихо выругался, когда чета Крофтов покинула дом. Он намеревался отправиться в Бисмарк на рассвете. А теперь придется околачиваться здесь до тех пор, пока Бриана снова не встанет на ноги. Он сердито посмотрел на Шункаха Люта. Как долго женщина оправляется после родов? Раздраженно зашвырнув шляпу на бюро, он сел в кресло-качалку у окна, снял ботинки и откинулся на спинку, пытаясь заснуть.

Звук детского плача вырвал Бриану из глубокого сна. Нахмурившись, она закуталась глубже в одеяло, пытаясь понять, что это младенец делает в их доме, а потом глаза ее широко раскрылись. Это был ее младенец, конечно, ее и Шункаха.

Она села, когда Адам Трент вошел в комнату, неуклюже держа на руках крошечное, завернутое в одеяло дитя.