Она удивленно посмотрела на него. Услышав смех, Трейси обернулась и увидела Энтони, который спускался по лестнице со второго этажа.

— Держись подальше от моей женщины, Курт, а то уволю до окончания срока контракта, — нарочито строгим голосом произнес он.

Неожиданно для Трейси мужчина громко рассмеялся.

— Не обращайте на него внимания, мисс, — сказал он. — У нас с Тони это старая шутка. Все женщины в мире разделены на две половины: одна — его, другая — моя. Зависит от того, кто первый увидит женщину. А началось все с нашей первой встречи. Мне было шестнадцать, и я пытался защитить женщину на двадцать лет старше меня от шайки головорезов. Я заявил им, чтобы они держались подальше от «моей женщины». Энтони помог мне тогда при помощи своих кулаков и денег: после того как мы обратили противника в бегство, он организовал мне медицинскую помощь, так как один из тех мерзавцев разбил мне нос. Поэтому не подумайте ничего плохого, лапочка, это просто тоска по прошлому.

Трейси не могла не улыбнуться, глядя на печальное лицо Курта, на котором застыло выражение покорности судьбе.

— Не слушай этого подлеца, Трейси, — посоветовал Энтони. — У него голова забита всякой ерундой! Я даже не взял бы его на работу, если бы он не был классным краснодеревщиком. Познакомься: Курт Уэйн.

Широко улыбнувшись, тот протянул ей руку.

— А, значит, вы мисс Харперс, разбивательница мужских сердец из книжного магазина.

Курт был, очевидно, большим балагуром и любил присочинить — вряд ли он слышал обо мне такое, подумала Трейси. Но она не сомневалась, что история знакомства Курта и Энтони была правдивой. Она с удовольствием пожала ему руку.

— Приятно познакомиться, мистер Уэйн, хотя я не уверена, что мне удалось разбить хотя бы одно мужское сердце за последнее время. Я лишь продаю книги, а сейчас приехала поговорить с Энтони кое о чем, касающемся его дома.

Курт прижал руку к левой стороне груди.

— Ошибаетесь, мисс Харперс. Вы разбили мое сердце. Я снова проиграл Энтони и его неотразимым темно-синим глазам.

Энтони похлопал своего друга по спине.

— Курт, ты вышиб из меня слезу. Мне ужасно жаль, но я вынужден увести Трейси. Она — моя. Целиком моя. Пойдем, мой ангел, — сказал он, протягивая ей руку.

Несмотря на все обаяние Курта, Трейси с радостью ухватилась за руку Энтони и последовала за ним в небольшой кабинет на втором этаже.

Усевшись на предложенный стул, Трейси огляделась. Неделю назад помещение было мрачным и завалено строительным мусором. Сейчас полностью отделанная комната блестела чистотой. На полированной поверхности письменного стола вишневого дерева резвились солнечные зайчики.

— Как тебе удается выполнять такой большой объем работы за очень короткое время? — поинтересовалась Трейси, осматривая элегантный интерьер кабинета.

Энтони пожал плечами.

— За счет рабочей силы. Здесь трудится очень много людей. А что касается отделочных материалов, мебели и тому подобного, то надо знать, кого спрашивать и что спрашивать. По этой части у меня большой опыт. Я решил — скажем так, я надеюсь, — ускорить рабочий процесс и быстрее закончить реконструкцию дома.

Говоря это, Энтони смотрел Трейси в лицо, но она не смогла ничего прочесть в его глазах.

— У тебя что-то намечается в другом месте? — спросила она, не сумев скрыть грусти.

Энтони подошел к ней, потом опять отступил, подняв руки ладонями вверх.

— Будет несправедливо по отношению к моему брату задерживать отделочные работы. Он и его жена хотели бы переехать сюда и открыть ресторан как можно скорее.

Разумеется. В это лето он приехал в Кинстаун не на каникулы, а ему пришлось потратить часть времени на нее.