— Твои родители живы?

— Нет. — Выражение его лица не изменилось, но она знала, что в душе он нервничает. — Они умерли незадолго до того, как мне исполнилось шесть.

— Прости…

Он отпил немного воды, затем отставил стакан и сказал довольно холодно, явно заставляя себя не впасть в сентиментальность:

— Это случилось почти тридцать лет назад. Я смутно помню их.

— Выходит, это было именно тогда, когда умер и мой отец?

— В том же году. Несчастный случай и его болезнь, должно быть, очень повлияли на твою мать?

— Мама не любит говорить об этом, но, думаю, она страдала так же сильно, как и он. Однако она нашла в себе силы выстоять. — Их глаза встретились, и от взгляда этих, казалось, все понимающих сине-серых глаз сердце Ленни учащенно забилось. — Честно сказать, я не очень понимаю, для чего я здесь.

— Любопытно, — сказал он, его усмешка была полна самоиронии. — Для нас обоих. Я думаю, основная причина — убедить меня, что мы чужие, что наше сходство лишь случайность и на наших лицах нет примет общей родословной. — Он вздохнул, сделал глоток, поставил стакан на стол и, откинувшись на спинку стула, спросил: — Архитектура — необычная профессия для женщины?

Она покачала головой.

— Не сказала бы, хотя среди архитекторов не так уж много женщин, думаю, процента четыре.

— Ты проектируешь дома или коммерческие сооружения?

Она ехидно усмехнулась:

— Неужели, посвятив столько драгоценного времени изучению моей биографии, ты упустил этот факт?

— Я спрашиваю тебя, — сказал он спокойно, его пристальные глаза заметили ее воинственность.

О господи! Я даже не могу солгать ему, подумала она и произнесла вслух:

— Я работала на нескольких коммерческих объектах, но предпочитаю жилые дома. Или торговые центры… — Она кротко улыбнулась. — Это больше подходит для женщины.

— Значит, я все-таки прав, архитектура — мужская профессия?

— Ты рассуждаешь, как психоаналитик…

Хотя его брови слегка приподнялись, Стэнли не произнес ни слова, молча наблюдал за ней. Только уголки губ чуть дрогнули в иронической полуулыбке.

Леонора вздохнула.

— Прости. Я слишком чувствительна, завожусь с полуоборота. Все почему-то считают, что проектирование жилых домов — пустяковое дело!

— Интересно, что не далее как вчера я был в одном из твоих домов, — сказал он. — Он очаровательный и удобный, и его владелица разделяет это мнение. Она сказала, что никогда не расстанется с ним и ничего не собирается в нем менять.

Леонора недоверчиво подняла на собеседника глаза и растерянно улыбнулась.

— Правда? Какое совпадение… и какой приятный комплимент!

— Особенно ценный, если иметь в виду, что дом на Виллис-стрит был построен не для нее. Моя старая тетушка только что переехала в него. — Он назвал точный адрес.

— Я отлично помню его, — задумчиво сказала Леонора, и ее глаза потухли: она вспомнила, что женщина, для которой строился дом, умерла за полгода до окончания строительства. — Надеюсь, твоей тетушке будет хорошо в нем.

— Может быть, ты сама навестишь ее и узнаешь, — предложил он. — Она обожает гостей.

Ленни вздрогнула. Он произнес это словно между прочим, но она чувствовала, что за нарочитой небрежностью скрывается нечто большее. Может, он решил представить ее своей семье? Если так, то она еще не готова к этому… Стэнли Дайвер наблюдал за ней, его глаза цвета моря в пасмурный день были неподвижны, загадочны, как, впрочем, и все его лицо.