— Нам будет на руку, если они не поладят. Разделяй и властвуй, так?

— Она не из болтливых, — задумчиво произнесла Эльма.

— Ну, тогда мы возьмемся за сэра Джорджа, — принялся размышлять Ричард. — Надо посеять в его душе семена подозрения, чтобы он усомнился в достоинствах своей супруги. И тогда… Очень даже может быть, что тоскующему в браке хозяину захочется излить душу хорошенькой служанке. Или провести с ней ночку-другую.

Эльма ответила ему презрительным взглядом.

— Я спала с тобой, Ричард, потому что ты щедро платил мне. А сэр Джордж — человек порядочный, не из тех, кто любит позабавиться со служанками, и тебе это отлично известно.

Ричард побагровел.

— Ну да, он человек порядочный и не унизится до продажных ласк, а потому ты не против обокрасть его.

Эльма посмотрела на него с ненавистью.

— Ты мне не судья, вот что я скажу. А теперь ступай и сей свои семена сомнения, лишь бы только нас никто ни в чем не заподозрил.

Глава тринадцатая

В комнате на верху башни Элайя украдкой вытерла вспотевшие ладони о подол юбки, нервно глядя на Герберта Джоллиета, склонившегося над заваленным пергаментными свитками столом. Слева стоял его брат Ричард.

Элайя недоумевала, зачем он здесь: он же не имеет отношения к домашним делам. С нее было достаточно одного Герберта, который нависал над ней, стараясь растолковать, что означает каждая пометка. У Элайи раскалывалась голова — казалось, она уже целую вечность всматривалась в неразборчивые каракули, притворяясь, что ей все ясно.

Девушка вновь устремила взгляд на лежащий перед ней свиток: в цифрах она немного разбиралась, но правила сложения и вычитания оставались для нее загадкой.

— Вот поэтому, миледи, и надо будет закупить больше муки, — закончил Герберт.

Сэр Ричард беспокойно переступил с ноги на ногу и ткнул пальцем в одну из строчек.

— А, ну да, конечно, — пробормотала Элайя и, прищурившись, уставилась на свиток. Желание купить муки показалось ей вполне разумным.

— Думаю, это все, что нам надо было обсудить сегодня, — бесцветным, как всегда, голосом заключил мажордом.

Элайя с облегчением вздохнула, а он принялся сворачивать пергамент.

— Неужели это всегда будет тянуться так долго? — ужаснулась она.

— Нет-нет, — заверил он. — Просто я подумал, что в первый раз мы должны разобраться во всем до мелочей.

— Теперь, когда вам стало ясно, как идут дела, миледи, — заговорил сэр Ричард, — мы будем заниматься лишь самыми необходимыми вопросами.

— Вы не захворали, миледи? — поинтересовался его брат, настороженно глядя на хозяйку. — Или, может быть, вам что-то неясно?

— Нет, разумеется, я все поняла. Просто… просто я немного устала. — Она лукаво улыбнулась им. — Или вы думаете, что жена сэра Джорджа высыпается по ночам, а?

Герберт смутился и покраснел, и даже сэр Ричард, похоже, был ошарашен, однако счел нужным угодливо рассмеяться. В дверях появилась Эльма и, прежде чем присесть, внимательно всех оглядела.

— Миледи, если вы уже закончили с делами, не угодно ли вам принять портного?

— Портного? Не нужен мне никакой портной! Кто его позвал?

— Так приказал сэр Джордж, миледи, — почтительно ответила Эльма.

На пороге комнаты возникла леди Марго.

— А, вот и вы, моя дорогая, — весело проговорила она, и ее красивое лицо озарилось приветливой улыбкой. — Давайте пройдем в вашу опочивальню, где удобнее всего будет устроить примерку.

Выходит, Джордж мечтает, чтобы она стала такой же, как леди Марго, размышляла Элайя, рассматривая кузину мужа.