– Однажды и на меня наложили проклятие, – сказал старик. – Стоило один раз съездить в город, и вот... наградили меня жуткой чесоткой – если вы хоть раз испытали это, вы поймете, о чем я говорю. – Он поднял бровь и бросил на Шиа многозначительный взгляд. – Думал, что зачешусь насмерть, прежде чем доберусь до Мортианы и получу какое-нибудь снадобье. Она велела мне, как только вернусь домой, залезть по горло в бочку с керосином.

– И помогло? – спросил Шиа. Я чувствовала, что он скрывает усмешку, но от этого, казалось, его ангельский облик приобрел еще большую невинность. Как человек с взглядами и замашками поездного грабителя может выглядеть выпускником воскресной школы – загадка для меня.

– Как рукой сняло. Правда, кожу мне разъело. Уверен, то был сильный наговор. Меня зовут Джеб. – Старик подтянул ремень и улыбнулся, очевидно, увидев во мне товарища по несчастью и почувствовав симпатию к бедной заколдованной горожанке.

Шиа представил меня как Мэгги Ред, и сообщил Джебу только свое имя, не называя фамилии. Хорошая идея, подумала я, вспомнив, что у Шиа немало врагов в здешних краях.

– Я хочу показать ее Мортиане как можно скорее, – сказал он. – Так что называйте плату за еду, которую я у вас позаимствовал, мы готовы заплатить.

Джеб усмехнулся:

– Пустяки, я даже провожу вас к ней. – Шиа обезоруживающе улыбнулся.

– Не утруждайте себя. Мы можем и сами поболтаться по здешним местам.

Джеб поковырял своей заскорузлой ручищей в жидких седых бакенбардах.

– Не хочу и слышать об этом. Я до чертиков рад, что вы появились. Мы с Синдереллой совсем озверели тут в одиночестве, и вы двое для нас просто подарок.

– О, нам так не хочется стеснять вас! – ломался Шиа.

– И не будете стеснять. Я сам хотел сходить к Мортиане. Месяц назад я ездил в город, и, кажется, снова начинается чесотка. Должно быть, новое проклятие. Если вы завтра поможете мне по хозяйству, послезавтра мы прямо с утра и отправимся.

– Прекрасно. – Шиа не хотел больше расходовать свое красноречие.

– Ваша жена может спать на моей кровати, а мы с вами отправимся в сарай. – Он вышел, оставив нам фонарь.

Шиа встал и пошел вслед за ним к двери. На выходе, в самом темном месте он задержался; его лица почти не было видно.

– Я надеюсь, узнав цену своему драгоценному порошку, вы наконец-то одумаетесь, – холодно произнес он, затем повернулся и вышел; стук его башмаков эхом отозвался в моей голове.

Стоил ли этот порошок таких мучений? Я напомнила себе, что истинной, главной моейцелью было найти отца. Я не верю в судьбу, но что-то необъяснимое, сверхъестественное постоянно толкает меня к Мортиане – и порошку. Теперь я знала, что мне нужно делать.

Господи, почему я все время поддаюсь обаянию Шиа?

Я выскочила наружу и успела увидеть, как он подходит к сараю и исчезает в дверном проеме.

Стоя в ночи, прислонившись к грубо обработанному столбу, я смотрела на серебристую луну и думала о том, что могло бы случиться, если там, в лесу Джеб не наткнулся на нас. В синем полуночном небе луна, такая безукоризненно круглая, казалась посланцем другого мира. Я слышала, что во время полнолуния люди могут творить чудеса.