Борт взмыл в воздух и вновь направился к месту, где братва Росомахи так зверски расправилась с офицерами ФСБ. Используя складки местности и всевозможные укрытия, машина незаметно вынырнула из-за скалы. Мгновенно вниз полетел мешок и уже через несколько секунд прогремел взрыв. Бандюки разбежались, кто куда.

Машина, сделав вираж, поднялась на высоту пятисот метров. В её сторону потянулись пунктиры трассеров из автоматов братков, но, ни одна пуля в машину не попала. Виктор, боевой пилот, знал и владел противопульным маневром. Работа в Чечне, на Кавказе наложила свой отпечаток.

Лютый через открытую дверь бросил еще одну «бомбу».

— Воздух! — заорал Иван и упал между камней в расщелину.

Тут же грянул взрыв и камни, разорванные тротилом, посыпались с неба на землю.

Сейчас задачей Сергея было подавить огневые точки, чтобы уничтожить как можно больше боевиков. Необходимо было морально подавить противника и заставить его играть по правилам настоящих профессионалов и хозяев тайги.

Тротил рвался то в лесу, то на скалистом плато, то в воздухе, наполняя всю тайгу жутким грохотом, щепками и дымом.

Дикий ужас и паника охватили бандитов. Такой массированной бомбардировки они не ожидали. Постепенно братки стали приходить в себя. К тому моменту, когда борт ушел на «базу» за очередным запасом, они перегруппировались. Росомаха переориентировал действия своей группы. Отойдя от первоначального шока, он и вся его криминальная бригада собрались на военный совет.

— Так, бродяги, что мы имеем? — спросил Иван Росомаха. — У нас уже три трупа. Что делать будем?

— Валить нужно, босс, отсюда пока федералы не вызвали подмогу, а менты не заблокировали весь район, — стал ныть Копченый.

— Не ной, сука! Валить никуда не будем. Нужно постараться выманить их на простор и захватить борт, чтобы навязать им свою волю.

— Пацаны, в натуре, какая-то падла мешает нам убраться домой! Нам объявлена война, и я считаю, что мы должны доказать, кто в «доме хозяин»! Я предлагаю идти на поиски этого борта. Он дважды уходил в район вон той гряды! Судя по данным навигатора, это как раз и есть то место, где у военных была база, — сказал Росомаха, глядя в прибор. — Вон военком мне в этом месте на карте крестик нарисовал. Сейчас они никуда не полетят — впереди ночь. По всей вероятности, федералы прячутся где-то в подземелье. Поутру они должны прогревать мотор, и тогда есть шанс захватить вертушку, пока она будет тарахтеть.

Копченый включился в дискуссию и высказал свою мысль. Хоть он и был слегка отморожен, но иногда в его голове проскакивали логические рассуждения. Опыт вязания интриг на зоне научил его просчитывать свои шаги на несколько ходов вперед.

— Михалыч, я вот, что хочу сказать. Мы с тобой нашли самолет? Нашли. Мы расстреляли этих вояк? Расстреляли. Тогда скажи мне, кто портит нам нервы? Ведь не трупы же? А я скажу тебе, кто! Это тот, кто остался жив после падения самолета. Это тот, кто взял наше золото! Это тот, кто сейчас бомбит нас, словно немецкий «Юнкерс»! Теперь ты, Михалыч, мне скажи, может ли один человек и бортом управлять и бомбить нас одновременно? Нет, не может! Отсюда вывод — их двое! Мы видно упустили пилота. Семен, скажи, на МИ-8 два пилота?

— Ну, два, а что? — спросил Семен.

— Мы когда трупы в вертушку грузили, сколько было летчиков? Один? — спросил Копченый.