К концу пятнадцатого года кайзер внезапно позвонил Николаю Второму и очень настойчиво с ним переговорил. Посыльный от императора поднял меня через охрану уже из кровати с известием, что император ждет меня прямо сейчас во дворце.

— Милая, я на пару часов к государю! Ты спи и ни о чем не переживай, пост охраны внизу останется при тебе.

Этот километр я прошел очень быстро, держа пистолет в руке и в сопровождении наряда офицеров.

Давно уже на меня не покушались враждебные силы, но, сейчас я не чувствую никакого внимания к своей персоне.

Меня сразу же проводили в кабинет императора, где он ждет меня с сильно встревоженным лицом.

— Что случилось, государь? Какие-то плохие новости? — спрашиваю я после приветствия.

— Звонил два часа назад кайзер. Он очень настойчиво требует у России уступить Польшу. Угрожает началом войны с нами, если мы не подвинемся в территориях. Я не собираюсь уступать крайне наглым требованиям и готов объявить частичную мобилизацию.

Ну, мне хорошо понятно, что любая мобилизация бросит нас в объятия неотвратимой войны. Немцы воюют всего год, совсем еще не устали, солдат и пушек у них еще много. Если они возьмут паузу на Западном фронте, то, российской армии однозначно не сдобровать.

А они ее обязательно тогда возьмут и потрепанные союзники точно не станут нам помогать ответным наступлением.

Не те уже отношения и времена тоже не те.

Можно было бы относительно безболезненно вступить в войну году так в восемнадцатом или еще лучше в девятнадцатом, если германская империя вместе с австрийской столько протянут. Но, выступать против уже научившихся здорово воевать по-новому германцев — это для нас смерти подобно! Наши генералы ничему не научились и до сих пор думают, что конная атака сплошной лавой по фронту на пулеметы — это лучшее изобретение человечества.

Так я думаю и усиленно теперь соображаю, что предложить императору.

— А, это понятный поступок от кайзера, государь, — на самом деле я что-то такого и ожидал, — Значит, кайзер сам лезет в нашу ловушку! Это прекрасно! Впрочем, этого я и ждал от немцев! Рано или поздно!

— Какая еще ловушка? Отдать наши законные земли! Это невозможно! — похоже, император тогда невнимательно отнесся к моим словам или уже все позабыл.

— Мы бросили своих союзников на Балканах! Теперь еще поделиться с наглым кузеном частью Российской империи? — гневается государь.

На меня уже гневается, своего велико мудрого советника. А чего на меня так кричать? Я только спасаю его задницу.

— Кайзеру и его правительству с генералами просто необходимо продемонстрировать немецкому народу какие-то успехи в войне. Захват Бельгии и куска Франции вдоль границы ни на что такое не тянут, так как уже больше года фронт на Западе никуда не двигается. Как говорится — на Западном фронте без перемен! — веселюсь я, понимая, что придется опустить градус встревоженности императора.

— Пора, государь, начинать реализовывать нашу с вами весьма интересную задумку — операцию под кодовым названием «Золотое руно».

— Это то, о чем я догадываюсь? — немного успокаивается Николай Второй.

— Да, государь. Мы выступаем в роли прекрасной империи, которая дает определиться населяющим ее народам со своей судьбой.