Еще нигде ясно не видно будущее поражение стран Оси, но, сравнение потенциалов уже явно говорит в пользу Антанты. О таком исходе войны уже подозревают в немецком Генштабе и точно знаю я, а через меня и император Николай Второй.

— Главное, когда Германия и Австро-Венгрия посыпятся, иметь наготове войска, чтобы тут же маршем занять Мемель, Данциг и прочие земли вплоть до Штеттина. Да и всю остальную Польшу тоже. Нам эти земли не очень нужны, но, будет о чем поторговаться с бывшими союзниками, чтобы освободить ту же Польшу снова и получить за это военную добычу. Например, какую-то часть немецкого военного флота и торгового тоже. Германия должна нам по бумагам целый миллиард золотых рублей, придется настаивать на получении своих денег за счет репараций и территорий.

— А у австрийцев что можно забрать? — этот вопрос очень интересует императора.

— Забрать можно много, но, Лемберг и Перемышль если только на время, чтобы вывезти оттуда все военные трофеи. Нет смысла что-то оставлять там, но, и земли эти всегда будут не русские. Присоединять надолго нет смысла, только для торга на будущее.

— А с Болгарией и Османской империей? Насчет Босфора например?

— Там уже придется с англичанами воевать и их флотом. Сами понимаете, государь, против флота англичан, французов, итальянцев, турок и еще тех кораблей, которые они успеют реквизировать у Германии, нам не выстоять никак. У них куча произведенного оружия, раскочегаренные для фронта экономики, огромные многомиллионные, умеющие воевать армии! Наш совсем слабый на Черном море флот они сметут и не заметят. Нет, с проливами ничего не выйдет точно.

— Жаль, — только и сказал император.

— Сами понимаете, государь, бывшие союзники с огромным удовольствием накажут Россию за ее хитрость и изворотливость. Это нужно идти через Румынию, которая на стороне Антанты, хотя, так и не вступила пока в войну. Потом пробиваться через Болгарию и штурмовать очень сильно укрепленный берег Босфора. Все это вполне возможно, но, только при полном нейтралитете Антанты. А его точно не будет. Англичане с американцами тут же заново вооружат немцев, болгар, турок и австрияков и погонят на нас в первых рядах. Нет, это не вариант совсем.

— Очень жаль, — еще раз повторил император.

К концу года Финляндия еще не готова подписывать капитуляцию, хотя, отдельные элиты страны уже понимают безвыходность своего положения. Однако, признать отделение такой большой части Финляндии, как Выборгская губерния и вся Карелия они еще не готовы. Операция по удушению непокорной страны хладнокровно продолжается, все чаще финны выходят из лесов, шатаясь от голода и конец сопротивлению уже не за горами.

— Что делать с финнами? — теперь интересуется император при одной из встреч.

— Тех, кто из пленных согласится — переселять в глубь России, на Урал и в Сибирь. Они очень трудолюбивые, а климат будет похож на их родной. Тем более — по всем исследованиям Урал — это их историческая родина. Да еще новые земли гораздо плодороднее, чем в самой Финляндии. А кто на это не согласен — тех под охраной на постройку канала из Белого моря в Балтику. И еще из Белого моря до Каспия, работы для всех хватит. И для воевавших с оружием в руках против России, и для внутренних врагов, уже осужденных.