Последние слова были далеко не лишними, потому что остальные умертвия, как по команде, развернулись и тоже опустились на колени. Вот так я и стоял – уставший маг, в грязной мокрой мантии, с венцом Сумерек на голове, окруженный тысячами коленопреклоненных мертвецов. Картина, достойная кисти великого мастера эпической живописи. Был бы я тщеславен, этот момент доставил бы мне немалое удовольствие, а так мне просто. было неловко. Наконец Весельчак поднялся с колен, и я перестал быть центром Вселенной для нашей армии. Map летел, не снижая скорости, и с размаху ударился о щит. С тонким писком, более достойным какого‑нибудь мелкого грызуна, чем демона, он упал вниз.

– Этого еще не хватало… – Я прочел малое заклинание переброса и перенес бесчувственного демона к себе на столб.

– Он мертвый?

Мне показалось… или в голосе Весельчака послышалась затаенная радость?

– Нет, сейчас очнется. Он немного разбил себе голову.

Я носком сапога перевернул свою добычу на бок. У демона была голая кожа светло‑зеленого цвета и тоненькие слабые крылья, одно из которых к тому же было порвано. Из верхней челюсти торчали длинные клыки, доходящие до подбородка. Лоб был низкий, покрытый морщинами и татуировкой. На кончиках ушей болтались кожаные кисточки.

– Неприятная тварь, – заметил Весельчак.

– Да, не красавец, – согласился я. – И хотя для меня внешность всегда была не так важна, как внутреннее содержание, – я мельком взглянул на пожелтевшие кости, своего помощника, – тут я должен с тобой согласиться. Он очень неприятен. И внешне, и внутренне.

– Я не вижу внутренностей. Он целый. Мне его выпотрошить?

– Весельчак, ты прекрасно меня понял. Не изображай из себя глупого ограниченного вояку. Твоя ненависть к демонам не должна быть сильнее здравого смысла.

Map очнулся. Открыв красные, без радужки глаза, он уставился на мои сапоги и зашипел. Извиваясь, словно змея, мар попытался отползти от меня, но я держал его тело под контролем.

– Замри! – приказал я демону. – Назови свое имя.

– Перук. – Демон был настолько слаб, что и не пытался сопротивляться. – У тебя нет головы, человек, – ответил он на языке горгонов, и от него снова пошла волна страха.

– Что же ты видишь вместо моей головы? – мягко спросил я.

– Огонь, огонь, огонь! – возбужденно прокричал мар. – Страшный огонь! Он убивает меня, жжет!

– Да, Весельчак, надо было найти демона классом повыше и допрашивать его. У этого совсем мозгов нет.

– Где же им поместиться в такой маленькой голове?

– Огонь, огонь! – снова прокричал мар и принялся царапать свою кожу.

– Он еще и контуженный.

– Наверное, взрывом, – предположил Весельчак.

– Перук, что означает твое имя? – Я решил, что демона пора было отвлечь от мыслей об огне.

– Перук – это сокращенный вариант от перру умак. То есть красный пепел.

– Замечательно. Скажи мне, Перук, что сейчас делают остальные демоны?

– Думают, что им делать дальше. Мы собирались захватить город еще до заката.

Верно, на руины города опускались сумерки. А я и не заметил в пылу битвы, как быстро пролетело время. Тем более что эгекунн служил дополнительным источником света. Выходит, через час наступит ночь.

– На что вы рассчитывали, атакуя город?

– Люди слабы, их легко убить. Главное – открыть проход. Мы не знали, что здесь есть крипс.

– Фу! – Мне не понравилось, что мар поставил меня в один ряд с их колдунами.