Вайс мог бы рассказать, что слой, где происходят битвы уицраоров, называется Крагр. Выжить там не может ни одно материальное существо, кроме самих демонов. Но их противостояние вызывают такое сильное возмущение во всех слоях реальности, что их можно наблюдать в разных слоях Шаданакара – нашей брамфатуры, состоящей из двадцати дюжин инопространственных и иновременных миров. Отзвуки их битв ощущаем и мы, хотя и не можем видеть самих демонов. Больше всего влияние ощущается в Друккарге, поскольку игвы – слуги уицраоров, их верные рабы.

– Ясно, – кивнул Тополин. – Значит, ты полагаешь, что ребят нужно отправить в иной слой реальности.

– Надо, – твёрдо отвечал Вайс. – Есть такое понятие – принцип меньшего зла.

– И всё-таки мне противно. Я взрослых бойцов на верную смерть не погоню, а тут ребята студенческого возраста.

– Во-первых, я вначале поговорю с ними. Никто никого насильно отправлять в Друккарг не будет. Не захотят, так не захотят. Во-вторых, не на верную смерть. У Жоржа с командой есть три-четыре дня, чтобы сделать скафандры и прочее снаряжение, в котором не страшно и на Луну высадиться, не то что в Друккарг сгонять. И наконец… – Вальдемар Карлович остановился, вздохнул.

– Что?

– Мы запутаем врага. Я оттяну на себя их главные силы, дав возможность ребятам беспрепятственно спуститься в Друккарг. пара дней и…

– У тебя есть четыре дня. Быстрее Жорж со скафандрами не справится.

– Отлично!

– И что ты будешь делать?

– У меня есть свои методы. Ты прости, Дмитрий Фёдорович, я пока замыслы вслух раскрывать не буду, чтобы невольно не просочилась правда. Свои-то мозги я блокирую от внешнего вмешательства.

– Это правильно. Слушай, у тебя есть такое заклинание, чтобы, наоборот, заставлять мозги работать?

Вайс горько вздохнул:

– Нет такого заклинания. Не придумали пока. Ну, что? На том и порешим?

– Порешим. Как это в шахматах называется?

– Гамбит, – негромко ответил Вальдемар Карлович. – В шахматах это называется гамбит – жертва пешки или лёгкой фигуры с целью выигрыша в развитии партии.

– Значит, так тому и быть. Главное, через неделю не осознать, что пешками или теми же лёгкими фигурами были мы с тобой.

– Думаю, когда мы это осознаем, нам будет уже всё равно, – ответил Вайс.

Металлическая, обшитая белым пластиком, дверь с негромким скрипом открылась. Вошёл Водопольев – взъерошенный и усталый.

– Ребята приходят в себя, – доложил он. – А в ментальном поле нашего региона зафиксированы пиковые всплески. Хаотичные, но сильные.

Глава 15

Дебют четырёх пешек и ферзя

Свет от коногонок разрывал густую тьму. Когда кто-то из шагавших по заброшенной выработке, поворачивал голову, то круглое световое пятно выхватывало то деревянную стойку, то обаполы и горбыли, кое-где обросшие белёсыми грибками. Иногда из крепи торчали ржавые крюки или попросту куски арматурных прутьев.

Денис, Вика и двое молчаливых, серьёзных сопровождающих из числа лаборантов Жоржа Водопольева шагали по подземным проходам уже больше часа. Из-за тяжёлого груза, а именно – рюкзаков с запасом еды, скафандров, оружия с запасом патронов, передвигались медленно.

На всякий случай прихватили с собой четыре изолирующих самоспасателя. Всякий, кто живёт в Донецке, знает, что вещь эта незаменима в шахте, если возникает пожар или вдруг начинает выделяться метан.