– Ясно. Наверное, уицраор Российской метакультуры… Я правильно назвал?

– Совершенно верно.

– Так вот… Уицраор Российской метакультуры просто жирел, пока был Советский Союз.

– Ты совершенно прав. Но потом что-то пошло не так. Силу стал набирать Стэбинг.

– А уицраоры дерутся между собой?

– Дерутся… Иногда дерутся. Хотя чаще эти битвы происходят, скажем так, виртуально. Сражаются метакультуры, а уицраоры поддерживают каждый свою. Вот тогда-то уицраор может проникать в шрастр и расправляться игвами. Особенно, если они какими-то своими действиями угрожают балансу сил. Ну, то есть пытаются раскачать Энроф не в пользу того или иного уицраора. И тогда… – Вайс полуприкрыл глаза и почти нараспев прочитал, явно цитируя какую-то известную всем, кроме Дениса, книгу. – Игвы и раругги трепещут, слыша его голос, как перед властелином и деспотом, но вместе с тем видят в нём великого защитника и против других шрастров, и против сил Света.

– Так что же я видел? – Денис поднялся, прошёлся по комнате туда-сюда, остановился перед книжным шкафом со стеклянными дверцами. наклонив голову к плечу, пробежал взглядом по «корешкам» книг. Павел Беспощадный, Борис Горбатов, Дмитрий Тополин «Гигантский белый фрегат», какой-то Гавриил Чернолесцев, «Антология современной литературы Донбасса. 2012», альманах «Соцветие»… О! А вот и «Последний вампир Ойкумены» Вальдемара Вайса! Попросить почитать, что ли? – Почему именно я вижу этот сон?

– Во-первых, пока нельзя с уверенностью сказать, что его видишь ты один. Ну, а во-вторых, причины его пока не поддаются определению. Есть у меня одна гипотеза, но она требует проверки

– Так чего же мы ждём?

– Я боюсь, что для тебя проверка будет сопровождаться не вполне приятными ощущениями.

– Что вы имеете в виду? – насторожился Денис.

– Сейчас попытаюсь объяснить… Ментальная магия, конечно, не мой конёк, но искать соответствующего специалиста долго. Да и зачем нам увеличивать круг магов, знакомых с твоей проблемой? Пока что наша сила именно в скрытности.

– А вы можете конкретно сказать, что собираетесь делать? Раз уж речь зашла о неприятных ощущениях для меня.

– Могу, – неохотно согласился Вальдемар Карлович. – Ты кинофильм «Ночной дозор» помнишь?

– Конечно! Я и книгу читал, между прочим!

– Молодец. Это вселяет надежду, что ещё не всю молодёжь мы потеряли.

– Спасибо.

– Да не за что. Говорил я тебе или нет, что Сергей Лукьяненко – один из магов-хранителей Москвы. Их там гораздо больше, чем нас.

– Так там и народу побольше.

– Верно. Но ещё Москва – место соединения затомиса России Небесной и России земной. Затомис, кстати, это высший слой метакультуры, в данном случае – российской. Кроме того, Москва сейчас стала обиталищем нового Родомысла, чьё имя столь известно всему миру, что мы не будем его называть. Если Зло нанесёт удар, желая сокрушить Небесную Россию, то будет бить по Москве. Поэтому туда собираются маги-хранители со всего русского Мира, и обучены они – мама, не горюй! Не то, что наши разгильдяи – ленивые и расслабленные.

– Верю, – кивнул молодой человек, которого уже начала утомлять многословность Вайса. – Так что там с «Ночным дозором»?

– Сейчас объясню.