– Угу, не для нас, это точно, – кивнул я, глянув вниз.

В этот самый момент над моей головой что-то щелкнуло, после чего нас тотчас обдало облачком едкой пыли. Мы дружно зачихали, загнули несколько фраз на великом и могучем русском языке и спустились метра на три вниз, чтобы не вдыхать неизвестно какую гадость. К счастью, инопланетная гадость оказалась самой обыкновенной пылью, которая не представляла опасности для здоровья.

– …Володя, люк приподнялся, но у меня не хватит сил, чтобы его открыть, – вновь захрипела «моторола». – Толкните его снизу…

– Сейчас, командир, сейчас, – глянув наверх, я увидел, что по краям прозрачного люка появились широкие щели. Судя по всему, где-то в глубине потолка последовательно сработал третий стопор, открыв нам путь на еще один уровень пирамиды. Поднять прозрачный люк было уже делом техники, даже с учетом того, что весила эта хреновина полсотни кило, не менее.

Добравшись, наконец, до цели, мы обнаружили зал с высоким стрельчатым потолком, где стояли странные каменные девайсы – те самые пресловутые телепорты. Там же мы нашли исхудавшего и заросшего бородой мужчину, в котором я с первого же взгляда опознал моего бывшего командира, капитана Северьянова Артема Викторовича. Чудеса, да и только! Впрочем, с учетом состояния Северьянова, в тот момент нам было не до обсуждения чудес, как вообще, так и в частности.

Напоив первым делом капитана родниковой водой, мы на руках спустили его вниз, где иржики оперативно приготовили носилки. Я опасался, что после перенесенного стресса Викторыч может потерять сознание, но Северьянов держался бодрячком.

Глотнув еще водички, капитан устроил мне самый настоящий блиц-допрос. Моего бывшего командира интересовало абсолютно всё, начиная с момента нашего появления в чужом мире. Мне не оставалось ничего иного, кроме как вкратце поведать историю «даниловских рейнджеров», постаравшись не упустить ключевые моменты.

Артем Викторович, в свою очередь, сообщил, что подобранные им рыбаки находятся на каком-то необитаемом острове, с которого хорошо просматривается действующий вулкан. Разумеется, Северьянов понятия не имел, где расположен этот вулкан, а мы еще не успели изучить голографическую карту нового мира. Поэтому я сразу же предупредил капитана, чтобы он не тешил себя надеждой разыскать своих товарищей, ибо проще найти иголку в стоге сена, чем…

– Вождь знает, о каком вулкане вы говорите, – внезапно произнес Камиль. Оказалось, что пока мы эвакуировали вниз Северьянова, вождь серокожих оправился от морального потрясения, организовал своих бойцов, и те шустро доставили в зал с голограммой один из пеналов-переводчиков. Заодно притащили емкости с чистой водой и несколько корзин с фруктами. – Иржики могут отвезти вас на тот остров.

– Они понимают по-русски? – обалдел Артем Викторович, глядя на азербайджанца. – Володя, этот парень тоже твой опер?

– Это Камиль, он азербайджанец, – ответил я. – Вон тот солдат с Эм-шестнадцать в руках – американец, а этот дядечка лет пятидесяти – немец из Восточной Германии.

– Чудны дела твои, господи, – капитан с подозрением покосился на сержанта Мак-Кинли, который с любопытством посматривал на прозрачный люк в потолке. По моему приказу Вольфганг с Роном оставались внизу, присматривая за… ситуацией, в общем.

Нидеррайтеру-старшему я доверял больше, чем самому себе, а вот американец, хотя и являлся нашим союзником, был, черт возьми, самым настоящим пиндосом. Неизвестно, что он выкинет, когда узнает, что наша и их подлодки устроили торпедную дуэль в чужом мире, а в тысяче миль отсюда околачиваются эсминец и крейсер под звездно-полосатыми флагами.