|
Оставались еще китайцы, заночевавшие на восточном берегу Амазонки аккурат напротив «немецкого» кластера.
– Китайцев, Володя, мы берем на себя. Артем уже договорился о встрече с ними, – выпив большую кружку обжигающе горячего и крепкого чая, Эрик Робертович взбодрился и энергично взялся за дело. – Товарищ Тармод… Можно и без «товарища»? Хорошо… Тармод, сколько солдат ты планируешь оставить на этом корабле?
– Мои воины не умеют воевать на воде так, как это делают земляне: у нас с вами слишком разное оружие и слишком разная тактика, – признал очевидный факт вождь серокожих. – На этом корабле от моих воинов не будет никакой пользы.
– Хорошо, на «Авроре» найдется место для пары десятков бойцов, – кивнул Сухонин, соглашаясь с выводами «сэра индейца». Армянские артиллеристы и офицеры с подлодки многозначительно переглянулись между собой: туземный вождь, которого, честно говоря, принимали по одежке, сделал быстрые и точные выводы. Это, в свою очередь, означало, что впредь иржиков будут воспринимать всерьез, несмотря на их архаичное обмундирование и вооружение. – Альберт, нам придется выбросить тела бородачей за борт, а мы так и не смогли разгадать, из каких краев их принесло в наши палестины. Знаем лишь, что они мусульмане… Ты у нас человек опытный, глянешь?
– Эрик, вы бы лучше разгадывали, где они скоммуниздили две скоростные лайбы, а не откуда их черт припер, – Альберт Петрович рубанул прямо, в свойственной ему манере. – Ладно, сейчас… Господа опера-разведчики, не желаете тряхнуть дедуктивным методом?
– С катерами как раз мы разобрались за пять минут, – тяжело вздохнув, Эрик Робертович вдруг погрустнел. – Десантные, финской постройки, тип «Юрмо».
– Хм… Вряд ли финики вот так, запросто, отдали их хрен знает кому, – хмыкнув, бывший кэгэбэшник мгновенно сложил два и два. Сделал несколько шагов к трапу, резко остановился, оборачиваясь назад. – Стоп, Эрик, а тебе какое дело до фиников?
– Так я же по национальности финн, и мне жалко, что я не смогу пообщаться с соплеменниками, – в словах нашего «адмирала» звучали и грусть, и горечь. – Убили их.
– С чего это ты взял? – поинтересовался Петрович. – Вы нашли хотя бы одного погибшего финна?
– Вот, смотри, у одного из бородачей был бумажник солдата финской армии. В нем я нашел еврокупюры, солдат использовал их для записей, вел что-то типа дневника, – с этими словами Сухонин протянул командиру супертанкера портмоне. – Вода подпортила текст, но прочитать можно.
– Я по-фински знаю десятка три самых простых слов, – Альберт Петрович глянул лишь на водительское удостоверение, найденное в том же бумажнике. На фотографии был изображен нордического типа голубоглазый блондин. – Давай, рассказывай, о чем написал этот парень.
Пока спускались на яхту, Эрик Робертович кратко пересказал содержание дневника, написанного на пятерке еврокупюр разного достоинства. Таким образом, мы узнали, что катаклизм закинул в чужой мир взвод финских солдат, перевозивших куда-то с помощью трейлеров парочку патрульно-десантных катеров. Вместе с вояками в ином мире очутилось некоторое количество гражданских лиц, в основном фермеров, проживавших в близлежащих деревеньках.
Некоторое время граждане Суоми жили, согласно своим законам и традициям, а потом в их кластер заглянули незваные гости – восемь бабенок среднего возраста с европейской внешностью, выдававшие себя за англичанок. Одевались эти дамочки, как типичные уроженки Туманного Альбиона, вели себя соответственно – как шалавы, – поэтому финны и разрешили им пожить дней десять в своем анклаве. |