— Не удивляйтесь, все это финансирует наш друг Марьянов.

Андрей не успел удивиться и задать вопрос «зачем», как тут же получил ответ «почему».

— Наш Марьянов испытывает странное благоговение перед словом «будущее». Это будущее волнует его больше всего. Видимо, настоящее у него столь незыблемо, что не вызывает никаких беспокойств. Но вот будущее!.. И ради этого будущего он готов на все.

— На что на все?

— Вы еще много не знаете, мой друг, но все впереди, пообщайтесь, покрутитесь в этой среде, это может быть полезным для вас.

— А откуда вы его знаете? — спросил Андрей.

— Марьянова?

— Да.

— О, мы познакомились всего пару лет назад, я был арбитром в одной дуэли, где Марьянов вышел победителем, хотя я и участвовал там инкогнито.

Андрей перестал понимать суть происходящего и решил сосредоточиться на земных вещах, а именно на выборе вина и закуски. Такое пищевое разнообразие вскружило ему голову, и он был рад этой нежданной дегустации. В перерыве к Андрею подошел молодой футуролог и, видя, как Андрей пытается выбрать вино, сказал — Дружище, берите «Шабли», здесь только море продукты, — потом добавил со знанием дела: — хотя водка все равно лучше.

Андрей осмотрел фуршетный стол, и действительно, мяса здесь не было.

— Все очень просто, дружище, — сказал все тот же молодой футуролог, — сейчас эра Водолея, и вкушать мясо — только вредить будущему.

Андрей хотел было спросить, в чем же вред мяса, но футуролог затолкал себе в рот хвост омара и многозначительно запил это все почти замерзшей водкой.

— Ну, как вам здесь?

— Пока непонятно.

— Ну, ничего, будущее всегда туманно, но, умоляю вас, не ешьте морского черта.

— Почему?

— Нельзя вернуть предыдущее, и не старайтесь.

Андрей налил себе «Шабли» и уже хотел выпить, как ему помешал все тот же молодой оракул.

— Не любите водку?

Андрей помотал головой.

— Зря, в ней заключен сакральный смысл. Вы знаете, что такое дринк.

— Нет.

— Дринк — это 40 миллилитров сорокаградусной жидкости.

— И что?

А то, что все крепкие напитки имеют крепость в сорок градусов. Даже шотландцы делали шестидесятиградусное виски и разбавляли водой, но, как и мы, пришли к чистому сорокаградусному виски.

— И что? — не понимая, к чему ведет навязчивый футуролог, продолжал Андрей.

— Это и есть наш вклад в мировую культуру. Менделеев не зря пришел к сорока градусам, и этот закон незыблем. Все приводят свои напитки к сорока градусам. Так правильно: сорок на сорок — это и есть идеал.

Андрей залпом выпил вино, пытаясь хоть как-то влиться в происходящее вокруг него.

Посмотрите на немцев — ни бед, ни катастроф. Пиво растворяет разум и делает тяжелым живот. Если бы их шнапс победил, было бы все наоборот. Народ есть то, что он пьет. Посмотрите, они всегда заказывают дринками, всегда зная, на каком дринке их ждет потенциальная остановка. Мы же пьем бутылками, и где во чреве очередной бутылки конец — никто не знает, отсюда хаос. Я его посеял, я и пожну.

— Что вы имеете в виду?

— Все должно иметь свой порядок.

— И в чем же здесь порядок?

— Я продал свою концепцию на Запад. Австрийской фирме «Алпенс Лидер». Они делали ликер, согревающий горнолыжников. Спирт, с добавлением настоя мелиссы и сахарного сиропа, крепостью восемьдесят шесть градусов. Продажи были смехотворными.

— И что?

— Перевел их на сорок градусов — сразу вышли в лидеры продаж.