«Только этого мне не хватало», — проворчала я и выключила свет.

Глава 18

Вторник пролетел как в тумане. Родители оставили мне голосовое сообщение, пока я спала, сбивчивый рассказ о том, как у них много дел в Мюнхене и как они меня любят. В который раз уже не могу понять легче мне от их слов или только хуже.

В целом я будто оцепенела. Я натянула темно-синюю толстовку на молнии поверх рубашки и клетчатой юбки. Засунув руки в карманы, я топала с урока на урок, а мысли снова и снова возвращались к двум вопросам.

Первый из них: кто я?

Рассмотрим факты: меня окружают ребята, которые разгуливают по Чикаго с магическими способностями и сражаются с себе подобными. Битва добра со злом, только в масштабах подростков, которые едва доросли, чтобы получить водительские права. Однажды ночью я схлопотала магический удар от одного из таких ребят. Спустя несколько дней, у меня появилось «потемнение» на спине и способность зажигать свет, когда я расстроена. Вот итог того, что со мной произошло.

И второй вопрос: чем на самом деле мои родители занимаются в Германии?

Они говорили мне, что получили разрешение просмотреть бумаги известного немецкого философа, его дневники, записи — словом то, что никогда не было доступно широкой публике. Им представилась возможность, которая выпадает только раз в жизни, шанс стать первыми учеными, прикоснувшимся к работам гения. Он был Микеланджело в мире философии, а родителям выпала такая честь, как если бы они могли первыми изучить статую Давида.

Но основываясь на том, что я уже узнала, скорее всего, эту историю сочинили, только чтобы убедить меня. Ведь маме с папой было велено сказать про их творческий отпуск. Но если это только то, что им следует говорить, что же они делают на самом деле? Я видела их билеты на самолет, паспорта, визы, забронированный номер в отеле. Я была уверена, что они в Германии.

Несмотря на мучившие меня вопросы, день выдался довольно скучным. Занятия прошли как обычно, хотя мы со Скаут вели себя чуть тише за обедом. В столовой был день второсортной еды — кукурузные чипсы и пирожки с перцем Чили (вегетарианское меню для чудаков вроде меня). Скаут и я орудовали вилками, не произнося ни слова. Скаут принесла с собою стопку записей скопированных из Колдовской книги накануне. Она просматривала их, пока мы ели. Этот процесс не располагал к беседе.

Пока она читала, я разглядывала столовую, наблюдая, как девочки вокруг едят, сплетничают и переходят от одной компании к другой. Все они в клетчатом. Все с ободками на голове. Все с немыслимо дорогими аксессуарами. И все они нормальные девочки.

Неожиданно из сумки Скаут заиграла песня Flash Gordon. Отложив вилку с насаженными на нее чипсами, Скаут развернулась к своей сумке-почтальонке, висевшей на спинке стула, и достала оттуда телефон.

Я удивилась выбору мелодии, песня о супер-герое, спасающем Вселенную, звучала на всю столовую.

«Я люблю группу Queen», — перекрикивая звонок телефона, громко объяснила окружающим Скаут. Сигнал оповестил о полученном сообщении. Скаут выдвинула клавиатуру телефона и принялась набирать текст.

«Flash Gordon?» — прошептала я, когда все вернулись к своим занятиям, — «Не слишком ли очевидно?»

Щеки Скаут порозовели.

«Мне можно», — ответила она, барабаня по клавишам. Скаут нахмурилась и сжала губы. — «Странно», — наконец, произнесла она.

«Все в порядке?»

«Да», — ответила Скаут, — «Мы договаривались встретиться сегодня в пять.