Студенты молчали, с недоумением глядя на ректора. У нашей директрисы хотя бы с мозгами было всё в порядке. Хотя только сумасшедший мог согласиться на мою идею повторного введения турнира в академическую жизнь.

— Иногда борьба заставляет ценить мир, — серьезно проговорил ректор, сложив руки на кафедре, — а иногда затянувшийся мир заставляет существ тянуться к войне. Войну я устраивать не собираюсь, но заставить каждого студента ценить отношения, завязавшиеся между студентами, заставлю.

Говорил с полной уверенностью в своих словах, будто собственноручно решил убеждать каждого, который хоть еще один раз устроит стычку в его академии. А то, что это именно его учебное заведение, сомнений не осталось.

— Когда-то давно в Королевской академии проводился Турнир Дружбы между факультетами. Задания были и командные, и индивидуальные, но в итоге участники стали ценить не только своих однокурсников, но и своих соперников. Я решил возобновить эту традицию с легкой подачи одной из студенток, лишь немного подкорректировав задания и добавив в участники рунический факультет…

Кто-то фыркнул. Нарушителя молчания ректор вычислил сразу.

— Господин Сторкайт, у вас есть какие-то возражения?

— Я думаю, что бессмысленно добавлять рунический факультет в программу турнира, — выкрикнул наглый студент. — Они всё равно займут последнее место!

— Настолько в этом уверены, что готовы заключить пари? — хмыкнул ректор, в глазах зажегся огонек озорства.

— С вами? — удивленно спросил студент. Жаль, я не видела его лица.

Влад собрался ответить, но его опередили.

— Со мной, — выкрикнули с другого конца зала. — Рунический факультет не займет последнее место в сводной таблице турнира.

Голос я не узнать не могла. Ректор удивленно приподнял брови, зал загудел, но вскоре успокоился, предоставив возможность заговорить ответчику.

Зачем это Миру? К чему он затевает этот спор? Он ведь сам не верит в рунных магов. Но он же говорил, что верит в меня? Такое внимание невольно подкупало и вселяло надежду.

— Ринар, какой тебе в этом интерес?

— Личный, — сказал, как отрезал. В дальнейшие расспросы Сторкайт вдаваться не решился.

— Отлично! Мне нравится эта идея! — воскликнул ректор, довольно улыбаясь. Где-то у лестницы на сцену преподаватели выпали в астрал, не понимая, что творит глава академии. — Спор между Ринаром и Сторкайтом. И что на кону? О, подождите, парни, я знаю, что предложить. Сторкайт, у тебя, кажется, скопилось столько часов отработки, что хватит на весь этот год? В случае если ты выигрываешь, я списываю всё часы.

— Ну, нет, господин Нираати, так совсем не интересно, — не согласился Мир. — И в этом нет моего интереса. Что насчет старой доброй традиции у всех споров? — зал загудел, а я, к сожалению, еще не понимала, к чему клонит мой жених. — Пробежка по всем парковым дорожкам обнаженным.

Я открыла от удивления рот. Нет, теперь я просто обязана выиграть (или не занять последнее место), потому что позволить всем девицам академии любоваться телом моего жениха я не намерена!

Зал по-прежнему одобрительно гудел. Ректор усмехнулся.

— Кому-то нужно подкачаться, — раздался смешок за спиной Сторкайта, намекая на его тучную фигуру. — Не всем хочется любоваться твоими телесами…

— Тогда пожелайте проигрыш Ринару и рунным магам, — огрызнулся человек, резко встав со своего места и направившись к выходу из зала.

— Постойте, господин стихийный маг, — насмешливо кинул в спину Сторкайту Нираати, — я еще никого не отпускал.