— <style name="Bodytext30">Батюшки! — охнула Марья.</style>

<style name="Bodytext30">Сконфуженно кашлянул Макарыч.</style>

<style name="Bodytext30">Не так хотелось парню поговорить с приемным отцом своим. Думал, по душам получится. По-мужичьи. Тут же свара затеялась. Хорошо хоть про письмо не вспомнил. Иначе не такой скандал закатил бы. Колька достал пачку папирос. Решил закурить открыто.</style>

— <style name="Bodytext30">Дай-ко и мине, — потянулся Макарыч и,</style><style name="Bodytext30">сделав затяжку, сморщился: — Табак трухлявай. Скусу в ем нет.</style>

— <style name="Bodytext30">Коля, зачем ты себя губишь? Брось, — из</style><style name="Bodytext30">угла попросила Марья.</style>

— <style name="Bodytext30">По бабьему разумению мужик ни курить,</style><style name="Bodytext30">ни</style><style name="Bodytext30">пить не должон. А уж о соседке и думать не моги. На кой ляд и жисть эдакая? Таких в пору на икону сажать. Кури, Колька, коль охота имеетца. На том свете не дадут. И баб не слухай, — мирился Макарыч.</style>

<style name="Bodytext30">Пар</style><style name="Bodytext30">ню</style><style name="Bodytext30"> хотелось поговорить с ним один на один. Посоветоваться. И лесник, словно угадав его мысли, предложил:</style>

— <style name="Bodytext30">Пошли наружу. Покурим.</style>

<style name="Bodytext30">Вдвоем они уселись на оплаканное росой бревно. Молчали. Каждый думал о своем. И почему-то Кольке вдруг вспомнилась Полина. Она ждала его возвращения. Даже встречать пришла к самолету. Улыбалась, как ни в чем не бывало. Он сделал вид, что не заметил. Стал Зое помогать из самолета выйти. Когда оглянулся, Польки не было: убежала в город. Весь год на Зойку рысью </style><style name="Bodytext30">смотрела. Вроде та ее кровно обидела. А весной, перед отъездом, вдруг решилась, к Кольке подошла.</style>

— <style name="Bodytext30">Поздравляю, — насильно растянула в</style><style name="Bodytext30">улыбке морковные губы.</style>

<style name="Bodytext30">Они-то и выдали. Задрожали. Растянулись, как у лягушки. Колька тогда промолчал. А Полька, сдерживая завистливые слезы, выдавила:</style>

— <style name="Bodytext30">Все вы сволочи.</style>

<style name="Bodytext30">Он не дал ей договорить. Как-то сама по себе рука сорвалась. Пощечина отрезвила обоих. Колька</style><style name="Bodytext3Italic"> после</style><style name="Bodytext30"> этого даже здороваться с Полькой перестал. Противно было.</style>

<style name="Bodytext30">Кольку все больше тянуло к Зое. Отчаянную, ее часто принимали за мальчишку. С девчонками она не дружила. В своей комнате со всеми передралась. Потому нередко ночевала у Кольки. Приходила, теснила к стенке и, отвернувшись к сонному спиной, тут же засыпала. Ребята вскоре привыкли к Зойке. Как-то, не спросившись у нее, перетащили чемодан девчонки в свою комнату, поставили раскладушку и прописали прочно, заверив коменданта, что Зойка — Колькина сестра, а они, мол, друг без дружки не могут.</style>

<style name="Bodytext30">Зойка убирала в комнате, стирала, гладила, варила на всех. Когда ребята из других комнат спрашивали, удобно ли ей здесь, отвечала всегда одинаково:</style>

— <style name="Bodytext30">Я так в отряде привыкла.