— Что тебе снилось? — спросила Дерая.

— Снилось?

— Ты сказала, что тебе снился первый муж. Расскажи об этом.

— Я видела во сне, как здорово быть любимой, чувствовать на себе прикосновения, ласкать и быть ласкаемой. Видела всё, что потеряла — все свои ошибки и утраты.

— Покажи мне! — шепнула Дерая, положа ладони старухе на голову. Тамис расслабилась, и Дерая скользнула в ее подсознание и увидела молодую Тамис, стонущую под могучим бородатым мужчиной. Дерая не наблюдала за сценой, а воспарила высоко над ней, кружа в воздухе, высматривая… разыскивая. Наконец она увидела ее, женщину в темном плаще. Та смеялась и указывала пальцем на извивающуюся пару. Дерая перенеслась ближе. Женщина была не одна, темные фигуры окружали ее.

Дерая вернулась в прохладу рассветного сада. — Это был не сон, Тамис; то была женщина, о которой я рассказывала. Она пришла к тебе, наполнив твое сознание мороком.

— Чушь. Я бы ее заметила. Я еще сильна! — запротестовала Тамис. — Почему ты пытаешься унизить меня?

— Я не пытаюсь, — ответила Дерая. — Клянусь тебе. Мы под нападением, Тамис. Но почему именно сейчас?

— Рождение Темного близко, — прошептала Тамис. — Очень близко. Может быть, через год, и уж наверняка через два. Действительно ли она побывала у меня в голове?

— Да. Мне жаль.

— Это не важно. Все силы уходят, — Тамис вздохнула. — Я хотела бы научить тебя большему, но не могу. И однажды ты возненавидишь меня. — Слезы покатились у нее из глаз.

— Ты многому научила меня, подруга… моя дорогая подруга. Как же я могу когда-либо возненавидеть тебя?

— Видела женщину? Так вот, это своего рода воздаяние, — сказала Тамис. — Однажды ты поймешь, за что. Но скажи мне, где Парменион?

— Он в Сузах. Царь Царей вознаградил его лучшим скаковым жеребцом за победу в Месопотамии.

— Он будет втянут в битву за Македонию, — сказала Тамис. — Там теперь средоточие всего. Все силы брошены туда, в это место. Отправляйся туда! Отправляйся сейчас! Увидь это. Почувствуй это!

— Я не могу уйти сейчас. Я беспокоюсь за тебя, Тамис.

— Слишком поздно для беспокойства, дорогая моя. Будущее нависло над нами. Грядет Темный Бог.

— Но мы все еще способны остановить его?

Тамис пожала плечами и посмотрела в сад. — Взгляни на розы. Их здесь сотни. Каждый год расцветают тысячи бутонов. Если бы я попросила тебя срезать и засушить их всех, чтобы остался только один совершенный цветок, а все остальные кусты так и остались зелеными, ты бы смогла это сделать?

— Думаю, да, но это отнимет у меня все силы.

— А если я попрошу тебя засушить все розы в мире, чтобы один куст произвел на свет один-единственный совершенный цветок?

— О чем ты, Тамис?

— Отправляйся в Македонию, моя дорогая. А я буду сидеть и смотреть, как растут розы.

Дерая воспарила над храмом и направилась на запад, перелетая через горы Фракии и долины рек Нестус, Стримон и Аксий. Паря в чистом голубом небе, она успокоила сознание, закрыв глаза духа и отдавшись ритмам силы, пульсировавшим на земле внизу. Она почувствовала, как ее относит на юг, через море и ниже, к хребтам гор. Она летела все ниже и ниже.