– Это из-за нее, да? Из-за твоей соседки?

Что ж, не следовало удивляться такому предположению. Это было вполне в духе Аллы: свести все к сценарию типичной мелодрамы. Роман же сейчас даже не думал о Виктории. Его раздражало то, что им пытаются манипулировать так, будто он за почти сорок лет жизни женщин не знал.

– Это из-за твоих бараньих методов.

– То есть, у меня методы бараньи – а у нее? – Алла наконец перестала улыбаться. – Ты так зациклился на объявлении меня главной ведьмой всех времен и народов, что очевидного не замечаешь. Этот ее спектакль ночной… Да она вертит тобой, как младенцем! Интересно, в чьей постели она ночевала сегодня?

– Не в твоей, и это все, что тебя должно волновать.

– А ты в чьей? В своей – или все-таки навестил напуганную девочку?

– А я вообще на столе, – не выдержал Роман.

– Что?.. У вас уже до такого дошло?

– И снова твои мысли летят в предсказуемом направлении. Но я тебя шокирую: не у всех людей жизнь сосредоточена между ног. То, что тебе так быстро стало известно о случившемся ночью, лишь подтверждает, что ты по-прежнему действуешь вместе с моим братом. Это ему охрана бросается докладывать о происшествиях. Еще раз повторяю: оставьте меня в покое. И со своей жизнью, и с Викторией я разберусь без вас.

– Да уж, ты у нас такой самостоятельный, умнее всех… Только вот если оставить тебя одного, может быть слишком поздно!

– Это еще что должно означать?

– Да, признаю, мы работаем вместе со Львом…

– Не нужно признавать то, что и так очевидно, – прервал ее Роман. – Давай ближе к делу.

– Мне тут стало любопытно, кто пытается отнять тебя у меня…

– Не «кто», а «что». Секс с моим братом, например.

– Хватит меня перебивать, задолбал уже! – огрызнулась Алла. – Да, я совершила ошибку! Но это не значит, что я могу забыть все, что существовало между нами, и вычеркнуть тебя из своей жизни. Ты по-прежнему мне дорог, даже если иногда ведешь себя как полный мудак!

– Не очевидно, но я сейчас расплачусь от умиления, – сухо прокомментировал Роман.

– Язви сколько хочешь, но послушай… Я попыталась найти хоть какую-то информацию о твоей новой пассии, связалась с ее родственниками… Она опасна! Даже ее семья говорит, что она агрессивная и непредсказуемая. Ты понятия не имеешь, с кем связался! Есть такой Николай, я дам тебе его номер…

– Хватит. И да, я буду тебя перебивать, пока ты не прекратишь нести околесицу. Мне неинтересно, что о Виктории думает ее семья, и мне глубоко безразлично, кто такой Николай. Мы с ней не настолько близки, чтобы я в это лез. Так что, если у тебя нет более существенных доказательств угрозы, чем собранные впопыхах сплетни, будь любезна свалить.

Он ожидал, что Алла и теперь сорвется, все-таки выскажет все, что о нем думает. Однако она стала умнее, она изобразила смирение. Кажется, даже расплакаться собиралась, но вовремя сообразила, что Роман вышвырнет ее вон даже при таком раскладе, и решила пощадить собственные глаза и макияж.

Алла ушла, забрав с собой ключ, а Роман прикинул, когда ему будет удобней сменить замки – превращать собственный дом в зону свободных прогулок ему не хотелось.

Он не солгал Алле, ему и правда было безразлично, что там о Виктории болтают ее родственники. Если спросить его брата о нем, ответ окажется непредсказуемым – в зависимости от того, в каком настроении проснулся Лев.