После того как ведущий произнес последнюю фразу, режиссер передачи дал команду увеличить громкость музыки и попросил передвижную камеру крупным планом снять страницы, которые читал Томас Харви. До конца передачи диалог оставался на экране…

Немного погодя, в то время как студия пустела, техник принес ведущему телефон. Томас взял трубку и тут же узнал голос Маркуса Коллерона:

— Итак, по вашему мнению, именно чтение манускрипта заставило Марка Уолтема, Говарда А. Дюррана и других людей до них потерять рассудок?

— Да, это может показаться невероятным, но его записи открыли им истину, которую их сознание не было готово принять!

— А Кружок Прометея, защищая секрет ms 408, всего лишь стремится защитить человечество…

— Да, я пришел именно к такому выводу.

— В таком случае мы непременно должны разыскать Эдипа, прежде чем он даст прочитать книгу кому-нибудь еще.

— Если мы знаем, как и почему он действует, нам остается лишь выяснить, кто он такой.

— Возможно, все не так просто. По мере того как продвигается расследование, я становлюсь все менее уверен в причинах его поступков.

— Вы сомневаетесь в том, что Эдип устраняет тех, кто слишком близко подбирается к разгадке манускрипта?

— Нет, конечно, однако, несомненно, есть что-то еще.

— У вас есть соображения?

— Да, но я предпочитаю не говорить об этом по телефону. Я должен заехать домой, чтобы забрать результаты анализа порошка, обнаруженного на прошлой неделе на стеллаже библиотеки Говарда А. Дюррана. Лаборант выслал мне их по факсу, думая, что я нахожусь дома. Я живу в Сент-Джорджес на Статен-Айленд, поедемте со мной, поговорим обо всем по дороге.

18

Проехав финансовый квартал, Маркус припарковал машину на южной окраине Манхэттена, совсем рядом с Бетери-Парк. Несколько минут спустя он в сопровождении Томаса Харви поднялся на борт парома, который курсировал к Статен-Айленд.

— Останемся на палубе, — предложил инспектор. — Мы проработали сутки напролет. Свежий воздух пойдет нам на пользу.

Томас застегнул пальто и прислонился к бортику. Перед его глазами пенящиеся водовороты бороздили водную гладь позади парома. Симметричные сероватые портовые сооружения медленно исчезали из виду. В то время как оранжевый корпус парома входил в Нью-Йоркский залив, утонувший в молочно-белом тумане, вертикальные линии Нижнего Манхэттена, выстроенного из камня, стали и стекла, образовывали теперь лишь темное пятно, едва видневшееся на горизонте.

— Что вы узнали об Эдипе, Маркус?

— Я убежден, что тот, кто унаследовал это имя, не приходил лично в дом своих жертв. Меня смущали некоторые детали в описании свидетелей, видевших его, и это навело меня на мысль, что к Марку Уолтему и Говарду А. Дюррану приходили разные люди.

— Однако способ воздействия один и тот же.

— Да, потому что оба преступления имеют одного заказчика.

— И один мотив.

— Именно на это я и хочу обратить ваше внимание. Эдипу недостаточно нейтрализовать тех, кто близок к расшифровке ms 408. Он кого-то подсылает к своим жертвам, чтобы заставить их прочитать перевод манускрипта, но также и для того, чтобы что-то у них забрать.

— В таком случае нам остается понять, что именно. Чем таким ценным могли владеть эти два человека и люди в прошлом, которых постигла аналогичная участь?

— Книгами, разумеется! Томас, вы сами говорили, что старинные произведения иногда оцениваются в несколько сотен миллионов долларов.

— И даже больше. Некоторые уникальные экземпляры вообще не имеют цены.