— Вы переутомились. Не первый раз я довожу людей до такого состояния. Я задержал вас непростительно долго, не учитывая как вы, должно быть, устали. Так выполните ли вы то, о чем я вас просил?

— Что? — Коффин с трудом пытался вернуть себе контроль над своим сознанием. Разгневанная слоновая птица, разбитое яйцо, отдаленный манящий маори быстро удалились из его памяти.

— Донесете ли вы мое мнение об этой земельной реформе до маори? А узнав их реакцию, сообщите ли мне об этом персонально?

— Да. Да, я сделаю это для вас, губернатор. Позже. Прежде всего меня сейчас занимает моя семья и мои собственные дела.

— Конечно, само собой, — Грей вернулся за свой стол и привел в порядок свои бумаги, чернильницу и перья. — Я прикажу подготовить необходимые документы, удостоверяющие, что вы мой официальный посланник. Вы должны убедить вождей, что это наилучший для них же путь, Коффин. Мы переживаем кризис. Если обиды маори не будут улажены, они могут послушать Хоне Хеке и ему подобных. Если каким-то чудом они сумеют объединить свои силы, то смогут уничтожить все маленькие города на острове и даже угрожать самому Окленду. Мы должны достигнуть стабильности! Мы должны выиграть время.

— Я полностью с вами согласен, сэр.

— Хорошо! Вы посетите маори. Я возьму на себя более сложную задачу проследить за нашими ведущими горожанами, чтобы сдержать их жажду мести. А теперь идите домой, — Грей оторвался от своей работы. — Вы уверены, что с вами все в порядке?

Поднимаясь, Коффин видел губернатора сквозь неясный туман.

— Просто устал, и все, сэр. Я бы гораздо охотнее стоял бы в шторм на палубе корабля, чем провел день в седле. Тот, кто сказал, что на лошади чувствуешь себя так же, как на корабле, не был морским человеком.

— Позвольте, я провожу вас.

Грей дошел со своим посетителем до наружной двери, посмотрел, как Коффину подвели лошадь и он сел в седло. Будущий губернатор, быть может. Тот, кто сможет снять тяжкий груз официальных дел с уставших плеч старика. Возможно, вполне возможно…

Коффин бормотал во сне странные фразы. Грей собирался расспросить о них Коффина, но решил обождать. Было слишком много дел, требовавших немедленного исполнения. Кроме того, сон человека — это его личное дело, будь он коммерсант, бродяга или губернатор.

Горячие головы нужно утихомирить. Это первым делом. Затем он и его официальный советник должны заняться точной формулировкой предполагаемого указа о государственной монополии на продажу земли. Сидней не должен причинить им никаких неприятностей. Что касается колониального департамента в Лондоне, то он со временем узнает о введении монополии, и если возникнут какие-нибудь возражения, то ведь система будет уже работать не меньше года. Работа в таком отдалении от родины имеет и свои преимущества, думал он.

Он дал дворецкому закрыть дверь и отправился обратно в свой кабинет. Странный тип этот Роберт Коффин. Находчивый, конечно. Умный достаточно, но необученный. Грубый моряк, собравший кучу денег. Он может быть полезен для колонии или опасен для нее. Поэтому он легко может навредить себе, если не позаботится об этом вовремя. Вместе с успехом он приобрел себе также и врагов в городских деловых кругах.

Но Роберт Коффин позаботится о себе, и Грей не сомневался в этом ни на минуту.

Когда Грей снова сел за стол, то вдруг подумал, должен ли он сказать Коффину, что тот бормотал во сне? Он пожал плечами. Это скорее задача доктора, чем политика. Он знал, что Коффин провел много времени среди местных, но он никогда не слыхал о колонисте, который бы во сне говорил на языке маори.

Все, чего он сейчас хотел, это повалиться на свою кровать и заснуть дня на два. Ему нужен был отдых, даже если он его боялся, боялся ночных кошмаров, которые могли начать его преследовать.