Ей придется самой позаботиться о себе, но пока она весьма смутно представляла, как это сделать. Даже мысль о спрятанном в правом ботинке «дерринджере» не слишком обнадеживала. Вряд ли она сумеет остаться в живых, выступив с дамским оружием против тяжелых револьверов похитителей. Даже если она сможет убить Расса и Хоумера, не известно, как поведут себя другие обитатели этого логова, дадут ли ей уйти.

Ребекке оставалось только дожидаться своего часа, искать случая… какого случая? Ей придется решать по ходу дела, а потом действовать без промедления и молиться, чтобы ей посчастливилось выбраться отсюда живой.

Расс Гэглин втолкнул ее в грязную комнату. Комната освещалась единственной масляной лампой, стоявшей на маленьком столике, который был заставлен бутылками виски и жестяными кружками. Кроме стола, здесь были еще три табурета и кровать с бугристым матрасом. Вместо занавески на окне криво висел кусок грязной холстины.

– Присаживайся, Реб.

Очередной толчок заставил девушку попятиться, и она шлепнулась на кровать. Убогое ложе кишело тараканами. «Вероятно, тут и клопов полно», – с отвращением подумала Ребекка, вскакивая на ноги.

Расс со злобной усмешкой помахал у нее перед носом пальцем:

– Детка, тебе здорово повезло, что ты дочка Бэра, не то бы я сейчас выпорол тебя, чтобы надолго запомнила. Наставить ружье на меня, старого товарища! Так не годится! А беднягу Фреда ты и вовсе убила. Что за бес в тебя вселился?

– Мне, знаешь ли, не очень понравилось, что трое моих старых «товарищей» задержали меня на дороге. – Ребекка метнула гневный взгляд на Хоумера, который стоял в вызывающей позе, широко расставив ноги и засунув большие пальцы за ремень. – И незачем было стрелять в того мальчика, ему всего шестнадцать, это один из моих учеников, у него не было оружия. Кроме того, он не имеет к нам никакого отношения!

В ответ на ее гневную тираду Хоумер ухмыльнулся:

– Ученик? Мы слыхали, что ты заделалась учительницей, да не поверили. Надо же, маленькая нечесаная Реб Ролингс учит детишек в школе!

Смерив девушку похотливым взглядом, Расс отбросил с грязного лба сальные рыжеватые волосы.

– Знаешь, ты стала настоящей красавицей, к тому же еще и умной. Бэр не зря тобой гордился.

Ребекка спокойно выдержала оценивающий взгляд, хотя внутренне содрогнулась от отвращения и ужаса.

В глазах двух грязных, неряшливых бандитов горела злоба. Она решила приструнить их, упомянув отца.

– Как ты думаешь, Бэру понравилось бы, что вы схватили его дочь и привезли сюда, как мешок с награбленной добычей? – вызывающе спросила Ребекка, но как она и подозревала, его имя больше не пугало бандитов, поскольку Бэр Ролингс теперь лежал в могиле.

– Да, вряд ли ему это понравилось бы, но тут уж ничего не поделаешь, – философски заметил Хоумер, поблескивая мутноватыми глазами.

Расс подошел к столу с кружками и бутылками.

– Слушай, Реб, ты наверняка хочешь освежиться после долгой скачки. Небось ты уже отвыкла от таких путешествий. Мы вполне можем о тебе позаботиться, как хотел бы твой отец, но только если ты будешь с нами заодно. Сама знаешь, как бывает: если ты член банды, все о тебе заботятся, но и ты должна позаботиться о других.

– То есть поделиться с нами прибылью от того серебряного рудника, – мрачно пояснил Хоумер.

Расс поднял грязную руку с обкусанными ногтями.

– Может, Реб, ты решила, что мы хотим забрать все себе? Черт возьми, детка, это совсем не так. Мы с тобой поделимся, а раз Фред больше не участвует в дележке, значит, нам больше достанется.

Он протянул ей кружку с виски, посматривая на девушку с выражением, которое могло сойти за отеческое.