В день ее приезда в школу мисс Райт к ней явилась Энели с четырьмя девушками. Войдя в комнату, она скрестила руки на груди и предложила Ребекке тем же поездом, который ее привез, вернуться туда, откуда она приехала. Карие глаза Энели злобно сверкнули. «Мы не хотим вас здесь видеть. Вы не нашего поля ягода. Почему бы вам не отправиться в другое место?»

– Вы не можете заставить меня покинуть город, – сухо ответила Ребекка. Почему она всегда была уверена, что люди примут ее такой, какая она есть, и позволят ей начать все сначала? Она повторила слова, которые услышали от нее Энели и другие: – Я остаюсь.

Солнечные лучи, проникавшие в комнату сквозь щели в зеленых ставнях, освещали волосы Бодина, но его покрытое бронзовым загаром лицо оставалось в тени. «Он никогда не будет мне доверять, как я смогла бы довериться ему, – с тоской подумала Ребекка, – и в этом городе не станет мне другом. Видимо, я должна уехать отсюда». Но куда?

Ей больше некуда ехать. У нее больше никого нет. И денег почти нет. Она отказалась от всего, что дал ей Бэр, кроме одежды, нескольких дорогих сердцу подарков и ранчо.

«Не смей плакать, – исступленно приказывала она себе, моргая от подступавших, но не прорывавшихся наружу слез. – Ни он, ни кто-то другой не должен видеть, как тебе больно». Нельзя показывать врагу свою слабость. «Если шакалы поймут, что им нечего бояться, они тебя сожрут, – учил ее Бэр. – Обглодают всю до костей».

Вольф Бодин в упор смотрел на нее.

– Я никуда отсюда не уеду, – решительно заявила Ребекка, впиваясь пальцами в мягкий ридикюль.

– Надо полагать, это ваш окончательный ответ. Только не ждите, что вас здесь примут с распростертыми объятиями. Несколько лет назад, когда меня еще не было в городе, ваш отец и его головорезы ограбили местный банк. – Вольф замолчал, видимо, не желая продолжать, но затем все-таки добавил: – Они украли деньги, которые принадлежали многим жителям Паудер-Крика. Возможно, сейчас на вас платье, купленное на эти деньги. – Он многозначительно взглянул на нитку жемчуга, украшавшую шею Ребекки.

– Что я ношу, не ваше дело, шериф Бодин. Я пришла сюда, чтобы получить награду за убитого мной преступника. Отдадите вы мне наконец деньги или нет?

«Хотел бы я отдать тебе все сполна», – подумал он, но вслух произнес:

– Не волнуйтесь, мисс Ролингс. Вы получите все, что заслужили.

Ребекку передернуло от его слов, но она сделала вид, будто пропустила последнюю фразу мимо ушей. Ей хотелось скорее покончить с этим делом и уйти отсюда. Если она никогда больше не увидит шерифа Бодина и его ненавистную контору, тем лучше.

Она молча подписала бумаги, которые Вольф подал ей, после чего он проделал то же самое, ни разу не взглянув на нее.

– Мне придется телеграфировать, чтобы прислали деньги. Я принесу их вам, когда получу.

– Тогда проследите, чтобы ничего не случилось. Ребекка уже направилась к двери, но его голос заставил ее остановиться:

– Путь вам предстоит неблизкий, мисс Ролингс, благоразумнее переночевать сегодня в гостинице, а утром выехать на ранчо.

– Нет, благодарю вас, шериф, – отрезала она. Только бы поскорее покинуть этот город. Бодин прав, ее присутствие не обрадует жителей, когда они узнают, кто она такая. «Бэр, ну почему тебя угораздило взять банк именно здесь?»

Ребекка не смогла бы вынести осуждающих взглядов, злобных насмешек, а тем более встреч с незнакомыми, враждебно настроенными людьми. Сейчас ей нужно, чтобы ее оставили в покое.