Ребекка была полна радужных фантазий и планов. О, этот дом станет ее маленьким раем! Разве может сравниться с собственным домом та келья в школе мисс Райт, которую она делила еще с двумя учительницами? Она передернула плечами, вспомнив навевающие тоску зеленые стены, темные занавески, жесткие узкие койки, застеленные безобразными покрывалами бурого цвета.

Как она мечтала вырваться оттуда и жить в собственном доме! Когда примерно через месяц после ужасного известия о смерти Бэра к ней в школу приехал стряпчий, Ребекка с изумлением узнала, насколько основательно позаботился отец о будущем дочери, оставив ее полностью обеспеченной, о чем свидетельствовали счета в банках Денвера и Таксона. Часть капитала составляли даже акции железнодорожной компании, и вместе с прочим к ней отошло ранчо в Паудер-Крике.

Ребекка стала очень богатой, как торжественно сообщил ей поверенный, словно ждал, что девушка упадет в обморок от счастья. Но та выслушала новость в суровом молчании. Несмотря на то что отец желал ей добра, она не могла оставить себе деньги Бэра, ибо его богатство носило на себе печать скверны. Закрыв счета, продав акции, она пожертвовала все деньги Бостонскому обществу бедных вдов и сирот, как того требовала ее совесть. Но ранчо она сохранила, поскольку во время одного из своих посещений Бэр рассказывал, что оно было честно выиграно в покер.

Следовательно, ранчо добыто не скверным путем, Бэр не крал его, не завладел им обманом, и нет нужды терзаться угрызениями совести. Она может здесь жить. Мечта о том, чтобы покинуть школу мисс Райт и иметь собственный дом, начинала сбываться.

Осматриваясь по сторонам, усталая, но довольная результатами своего труда, Ребекка гордилась собой. Прошло совсем немного времени, а дом стал уже по-настоящему ее собственностью, она владела им не только на бумаге – она вложила в него частичку себя. Она не побоялась выйти в прохладный ночной мрак, чтобы принести воды из ручья. Мышцы у нее болели от долгого ползания по полу на четвереньках, платье выглядело жалким тряпьем, лицо блестело от пота. Зато дом стал чище и уютнее, и она чувствовала, что теперь он действительно принадлежит ей.

К тому же, на ее счастье, в комоде оказались постельное белье и полотенца, а в коробке под кроватью Ребекка нашла мыло, склянку мази, тряпичные лоскуты, успокоительное и какие-то странные инструменты. В маленькой подсобке за кухней стояли бочка с лучиной для растопки плиты и еще одна для воды. Все находки казались дороже несметных богатств. Мурлыча под нос какую-то мелодию, Ребекка вымыла кастрюли, тарелки, ложки с вилками, затем приготовила на скорую руку ужин из галет, бобов и вяленого мяса, а на десерт сунула за щеку карамельку. Покончив с ужином, она положила локти на стол, опустила на них голову и закрыла глаза. В первый раз за несколько часов упорного труда Ребекка позволила себе спокойно посидеть и подумать.

Работы у нее теперь невпроворот. Что она сказала Вольфу Бодину? Что сделает этот участок самым богатым ранчо в Монтане?

Ребекка тяжело вздохнула и потерла глаза. Он, наверное, посчитал ее совершенной идиоткой. Ну так она ему покажет, она всем им покажет. Но ей понадобится время.

Сначала она продаст последние драгоценности, которые отец дарил ей в течение многих лет. На эти деньги можно купить несколько коров и быка. А если ей достанется место учительницы в городской школе, она станет получать жалованье, будет на него жить да еще понемножку откладывать. Конечно, придется экономить, зато появится возможность развести скот, нанять рабочих, заняться строительством, к примеру, загона для скота.

Никто в городе не должен узнать, что у нее совершенно нет денег и что она не взяла себе ни цента со счетов, оставленных ей. Пусть все думают, что она оказывает им величайшую услугу, соглашаясь принять место учительницы.