* * *

После рассечения и уничтожения будапештского «котла» войска 2-го Украинского и 3-го Украинского фронтов начали наступление в Чехословакии и Австрии. Но ни в столицу Словакии Братиславу, ни в столицу Австрии Вену 49-й гвардейской Херсонской стрелковой дивизии вступить не довелось. Боевой путь ее пролег через Дунай как раз между Братиславой и Веной.

Судя по недавно рассекреченным документам, немцы до конца не складывали оружия. Даже когда стало совершенно очевидным, что конец вот-вот наступит, немецкие солдаты и офицеры оставались верными присяге и своему фюреру. Некоторые историки этот факт объясняют тем, что якобы немцы верили в то, что Гитлер располагает неким секретным чудо-оружием, которое вот-вот пустит в ход, и маятник войны снова качнется в том направлении, в котором двигался в первый период войны. Предполагаю, что это не так, что немецкий солдат просто выполнял приказы командования и следовал требованиям воинской присяги, что, получая очередной приказ своего командира, он просто дрался на порученном рубеже, выполнял свой долг и не особенно задумывался о большой политике.

В начале апреля, когда севернее, в центре советско-германского фронта, войска готовились к последнему штурму и командиры дивизий первого эшелона рассматривали в бинокли многополосную систему немецкой обороны на Зееловских высотах, 49-я гвардейская стрелковая дивизия на паромах и лодках — в который уже раз! — переправилась через Дунай. И сразу же вступила в бой. Через два дня, очистив от противника Оберзибенбрунн, она освободила концлагерь, в котором немцы держали за колючей проволокой более десяти тысяч заключенных, в основном советских военнопленных.

В ночь, когда на севере началась Берлинская наступательная операция, дивизия Маргелова дралась с панцергре-надерскими частями дивизий СС северо-восточнее Вены. Немцы сопротивлялись, опасно контратаковали, медленно уступали свои опорные пункты.

Из журнала боевых действий 15 апреля 1945 года: «144 Гв. сп, преодолевая упорное сопротивление пр-ка, особенно флангового огня с южных скатов безым. высоты восточнее ШТЕТТЕН, в 10.00 15.4.45 г. полностью очистил ФЛАНДОРФ. <…> 147 Гв. сп, преодолевая упорное сопротивление и фланговый огонь пр-ка с направления СЕНТ. ФЛАЙТ, в 7.00 15.4.45 г. овладел: КЛЯЙН ЭНГЕРСДОРФ и к 11.00 вышел к перекрестку дорог, что западнее КЛЯЙН ЭНГЕРСДОРФ, где был остановлен сильным ружейно-пулеметным и огнем самоходных орудий.

Выделенным разведотрядом в составе усиленной стрелковой роты совместными действиями 149 Гв. сп в 13.30 овладел вост. окр. КОРНЕЙБУРГ и в 15.00 вышел на сев. окр. КОРНЕЙБУРГ. <…>

149 Гв. сп, преодолевая упорное сопротивление пр-ка в р-не СЕНТ. ФЛАЙТ и севернее БИЗАМБЕРГ, к 13.00 полностью очистил его от остатков отступающих частей противника.

Выделенным разведотрядом в составе усиленной стрелковой роты 147 Гв. сп в 13.00 овладел вост. окр. КОРНЕЙБУРГ, встретясь с подразделениями 357 сп 39 сд и 114 Гв. сд генерал-майора Иванова — соединения и части 3-го Украинского фронта».

Темп и напряженность боев напоминали события месячной давности северо-западнее Будапешта, когда перед фронтом дивизии стояли части эсэсовцев из «Мертвой головы». Они и теперь стояли перед ней.

Дивизия перерезала шоссе Вена — Брно и овладела крупным опорным пунктом немцев городом Корнейбургом. Здесь произошла очень важная для Маргелова встреча гвардейцев с десантниками 114-й гвардейской воздушно-десантной дивизии. Со своего передового НП генерал наблюдал, как десантники переправились на другой берег Дуная и захватили плацдарм, как немцы пытались сбросить их в реку контратаками, но, как потом выяснилось, отважные десантники вызвали огонь артиллерии на себя.