Он выступал три часа с небольшим перерывом, внимательно следя за реакцией аудитории. В частности, говорил о разгильдяйстве советских военных, которое поражало немецких товарищей. В справке МГБ сообщалось: «На открытых мусорных свалках, а также в местах проведения учений Группы советских войск в Германии в 1985 году обнаружено: 4070 патронов для автоматического оружия, 359 патронов большого калибра, 50 артиллерийских снарядов, 197 мин, 4 ручные гранаты и три ракеты».

Но случались ситуации и похуже. Министр Мильке переслал в представительство КГБ справку о том, как в одной из частей Группы советских войск сдали на металлолом новенькие танковые гусеницы и получили наличными 50 тысяч марок…

Эрих Мильке чувствовал себя крепким и бодрым и надеялся жить и работать еще очень долго. Он с особым интересом слушал рассказы о советских долгожителях с Кавказа, которые и в 90 лет сохраняют работоспособность.

После выступления перед советскими контрразведчиками командующий группой войск и глава представительства КГБ пригласили Мильке выпить по рюмочке.

— Вы спрашивали меня относительно нашего нового источника в Западной Германии, — сказал министр главе представительства КГБ. — Я выяснил. Нового человека нет, просто улучшился уровень анализа в министерстве.

Министр Мильке врал советскому товарищу и даже не пытался это скрыть.

Как и всякого сотрудника разведки, Габриэле Гаст в принципе научили всему, что полагалось знать человеку ее профессии: умению вести наружное наблюдение и уходить от него, вербовать агентов и проводить с ними встречи, закладывать тайники, писать невидимыми чернилами, расшифровывать кодированные радиопередачи.

Габриэле освоила основные навыки конспирации, но воспользоваться этими знаниями по месту основной работы ей не пришлось. Она служила в разведке, но не занималась оперативной деятельностью. Никаких приключений, обычная канцелярская работа. Единственное отличие от службы в любом другом немецком ведомстве — использование псевдонимов. Сослуживцы знали ее подлинную фамилию, но на работе называли только псевдонимом фрау Ледер.

Ее задачей был анализ. Весь рабочий день она проводила за письменным столом на втором этаже в секторе Советского Союза. Целыми днями читала свежие газеты на русском и немецком языках, шифротелеграммы из германских посольств в Москве и других столицах социалистических государств и агентурные донесения.

Собранную информацию она должна была переработать в сжатый аналитический отчет, который передавала своему начальнику, а тот отправлял дальше по инстанции. Конечным пунктом этого маршрута было ведомство федерального канцлера. Так что можно сказать, что канцлер судил о событиях, происходивших в Советском Союзе, по отчетам Габриэле.

Причастность к высшим секретам мало ее волновала. В конце концов, она была молодой и симпатичной одинокой женщиной. Ей было всего 33 года, все признавали, что у нее хорошая фигура, она носила очки, которые ей шли. В разведке было немало молодых мужчин, которым она очень нравилась. Кое-кто из них пытался дать ей это понять. Но Габриэле стойко отвергала любую попытку ухаживания. Она была верна Карличку, потому что знала: там, за железным занавесом, в другой Германии Карличек так же ей верен.

Габриэле любила путешествовать, ездить верхом, увлекалась альпинизмом. Но заняться всем этим она могла только в отпуске. А отпуск для нее был важнее, чем для ее коллег.

— Где собираетесь отдыхать? — поинтересовались они во время совместного обеда в служебной столовой.

— Еду в Ирландию, — ответила она.

— Но там же постоянно идут дожди.

Габриэле застенчиво улыбнулась. О вкусах не спорят.

На следующий день Габриэле попрощалась с коллегами по сектору.