Заведуя складом, генерал Штробель обзавелся итальянским «фиатом» и импортной моторной лодкой. За счет государства перестроил домик лесника в дачу с сауной и солярием. Иногда к нему приезжал кто-то из генералов, спрашивал, не найдется ли хорошей игрушки для внука. Игрушка всегда находилась. К игрушке обыкновенно прилагалась коробка швейцарского шоколада.

Карличку разрешалось выбрать на складе дорогой подарок для ценного агента. При каждой встрече Габриэле получала золотое или серебряное колечко или серьги с бриллиантами. У Карличка был хороший вкус. Заодно он выпрашивал на складе что-нибудь для себя — транзисторный радиоприемник, чистые видеокассеты, упаковку голландского или датского пива.

В Сплите Карличек взял напрокат машину, и они с Габриэле отправились на север. Через полчаса по небольшому подвесному мосту добрались до живописного острова. Здесь влюбленным предстояло провести целый месяц.

Карличек заранее снял небольшой домик, окруженный кустами олеандра, всего в сорока метрах от пляжа. Домик состоял из гостиной, спальни, кухни и ванной комнаты. Габриэле была восхищена щедростью и предусмотрительностью Карличка. Она думала, как ей повезло с этим мужчиной, и призналась себе, что не может уже обходиться без любимого.

Габриэле нравилось проводить вечера на веранде, наслаждаясь чарующей атмосферой адриатического побережья. Карличек покупал местные вина, они сидели в плетеных креслах друг напротив друга и разговаривали. Впрочем, говорила в основном Гибриэле, Карличек никогда не был особенно словоохотливым. А Габриэле ценила в мужчинах немногословность.

Они провели вместе четыре дня и вполне освоились, когда появились гости.

9-й отдел МГБ ГДР, занимавшийся главным противником — западногерманской разведкой, доложил Маркусу Вольфу, что чрезвычайно ценный источник Гизела испытывает определенные психологические трудности. Следы ее тревоги можно увидеть в шифрограммах и посланиях, которые привозит от нее курьер.

Все дело в том, что источник Гизела видит человека, в которого влюблена, лишь раз в год и боится, что никогда не сможет быть вместе с ним. 9-й отдел был обеспокоен тем, что такие пессимистические настроения лишат источник Гизела воли к работе. Отдел предложил различные способы улучшить настроение Гизелы, но Маркус Вольф их все отверг. Он решил, что займется этим делом сам.

Он высоко ценил информацию, которую давала Гизела. Она прекрасно знала расстановку политических сил в Федеративной Республике и составляла блестящие прогнозы. Он уважал в ней аналитика. Кроме того, с ее помощью руководство ГДР всегда знало, что́ именно известно западногерманской разведке о происходящем в социалистическом лагере.

Генерал Вольф захотел лично побеседовать с Гизелой. Из берлинского аэропорта Шёнефельд он вылетел в Белград. Для таких поездок у него был поддельный дипломатический паспорт на чужое имя. Вольфа сопровождал Эгон Шмидт, начальник разведотдела окружного управления госбезопасности в Лейпциге. Карличек был его офицером, а Габриэле — его лучшим агентом, его удачей.

В Сплите Вольф и Шмидт взяли напрокат машину и отправились на остров. Они без труда нашли нужный им домик. Габриэле заметила Вольфа первой: элегантно одетый, высокий, стройный, интересный мужчина с умными глазами.

Она представляла его совсем другим — крупным партийным бонзой с военной выправкой и мрачным взглядом. Но в Вольфе ничто не выдавало принадлежности к разведке или к коммунистической номенклатуре. Он мог бы назвать себя главным врачом клиники или президентом страхового общества, и никто бы в этом не усомнился. Словом, это был мужчина, исключительно привлекательный для интеллектуальной дамы с определенными претензиями.

Вольф пожал Габриэле руку и улыбнулся.

— Хорошо, что мы увиделись с вами, Габи.