— Не стреляй, это свои, — сказал Глеб и, разглядев светлую полоску на мордочке, добавил уже повернув голову к летуну: — Привет, Кеша.

Летучая мышь громко пискнула. Глеб поправил сложенный капюшон, чтобы той не пришлось изгибаться буквой "Зю", добираясь до гнезда.

— Привет, привет, — тотчас полилось из наушников взволнованное пищание. — Что было! Что было! Рассказать про всё не успеваю!

Кира с подозрением покосилась на говорливую летучую мышь, но промолчала. Зато та болтала за троих, старательно живописуя те ужасы, которые обрушились на людей с момента активации башни.

— Кто ее запустил-то? — спросил Глеб, когда удалось вставить слово.

Кира тотчас насторожила уши. Когда Кеша описала человека, девушка сплюнула и уверенно заявила, что это был профессор Алов.

— Как чувствовала, что он предаст нас, — бросила девушка.

Она не изменила своего мнения, даже когда Кеша сообщила, что профессор, похоже, сам не понимал, что творил. Вместо того чтобы приказать охраннику пропустить его в башню — а раньше его туда пускали без вопросов — тот просто застрелил часового. На выстрел сбежались другие, но они опоздали. Профессор заперся в башне.

— А еще тот туман приполз, — взволнованно пискнул Кеша. — Помнишь у гармонизатора? Там была псионика, только рассеянная. А когда башня включилась, из него фантомы полезли. В одну секунду до третьего уровня прыгнуло! Я даже крылья обожгла, вот!

И мышь предъявила обожженные кончики крыльев.

— Хм… — произнес Глеб. — Тебе бы обработать их надо. Лети-ка ты в цеха.

— Потом, — пискнула мышь. — Тут такие события!

— Да уж.

— Погоди, — сказала Кира. — А профессор-то как не сгорел?

— Он сгорел! — пискнула мышь. — Только подключился, сразу разряд по дуге пошел. У него мозги через уши вылетели. Ничего не осталось. Я тоже чуть не сгорела. Зато всё видела! Он весь выгорел. Один призрак остался. Я думала — фантом будет, а его в поле затянуло. Уже там растворился. Полностью!

— А остальные фантомы? — спросил Глеб.

— Их кто-то другой пожёг, — ответила мышь. — Не успела заметить. Жалко. Враз всех высосал. Я туда-сюда, ни одного псионика! В меня стреляли, камнями кидали, пока внутрь прорвалась — он уже ушел. Но он был! Был! Мне сам искатель сказал — был! Туман этот мог служить как батарея, и тогда он за хозяином таскается, как собачонка, пока тому подзарядка не потребуется. Вот он и зарядился, и от фантомов тоже.

— И этот хозяин где-то здесь, — закончил за него Глеб. — Спасибо, Кеша, нам пора. Идём, Кира!

— Ты не хочешь найти этого хозяина? — спросила девушка.

— Нет, — честно сказал Глеб. — И не хочу, чтобы он нашел нас. Он может слишком многое из того, что я едва вообразить могу, и пока ничем не показал, что он на нашей стороне.

— Насчет последнего, я с тобой согласна, — кивнула Кира.

За воротами стоял сгоревший броневик. Из люка наполовину вывалился солдат без головы. Вокруг лежали люди с оружием в руках, причём всё выглядело так, будто бы они поубивали друг друга. Бедняцкий поселок вдоль реки освещался прожекторами и светом пожаров. Последних было больше, чем первых.

— Что там? — спросила Кира.

— Паника, — коротко пискнула мышь, и пошла расписывать, кто там кого и с чем в руках гонял.

— А солдат, про которого ты вчера говорила? — спросил Глеб.