—        Худой закон, — сипло проговорил Аптулат. — Ты нам его привез из Крыма. Он нам не нужен.

Мурза не обратил внимания на слова карта и продолжал:

—        Вам этого показалось мало. Вы меня обманули и позволили дрянному мальчишке устроить драку. Да что там — сами в эту драку влезли... Туга полез на нож. Я много джигитов потерял. Кто мне за них ответит? Все их убийцы попрятались в лесу. А вы, мудрые из мудрых, вместо того чтобы выдать их мне, упорно скрываете. Могу ли я быть милостливым к вам?.. Аказа выловить послали? Зачинщиков нашли?

—        Аказ в лесу, как дома. Найди его, попробуй,— сказал Сарвай.

—        Я верен слову. Если их тут утром не будет, вы умрете в мучениях.

—        Пусть будет так,— сказал Эшпай и отвернул лицо в сто¬рону.

—        А дочку нашел? — Кучак черенком нагайки ткнул в бороду Боранчея.— Трех ночей закон исполнил?

—        Я не велел ей приходить сюда.

—        И ты умреш!

—        Я слишком стар и смерти не боюсь. А ты, вонючий пес, ты на чужой земле! Плюю я на тебя!— Боранчей рванулся к мур¬зе, вытянул шею и плюнул ему в лицо. Охранники бросились на старика, свалили его на землю. Мурза вытер лицо и прохрипел:

—        На кол его! Сейчас же!

Аскеры схватили Боранчея, поволокли. И никто не заметил Эрви. Она возникла из тумана неожиданной резко крикнула: «Эй!»

Аскеры замерли на месте, Хайрулла, выхватив саблю, мгно¬венно повернулся на голос, но, узнав Эрви, опустил оружие. Эрви смело подошла к мурзе, сказала:

—                                 Ты мучишь стариков за    то, что скрыли от тебя невесту. Смотри, я    здесь и для гнева нет     причины.

—        А где твой муж?— Кучак дал знак Хайрулле, чтобы тот подал ему саблю. Он был уверен, что Аказ рядом.

—        А разве по закону трех ночей в шатер ведут и мужа?

Мурза ухмыльнулся, довольный ответом Эрви, повернулся к

старикам, сказал насмешливо:

—        Вот у кого учитесь жить. Она умнее вас всех. За то, что ты пришла, проси, чего захочешь. Наряды, золото...

—        Вели их отпустить. Не тронь отца. Я буду тебе покорна.

Мурза поднял руку и жестом приказал отпустить Боранчея.

Аскеры          приволокли старика          назад, бросили        к      ногам     мурзы.

Воранчей      поднялся, увидел Эрви, шагнул к ней, протянул руку и тихо спросил:

—        Тебя поймали?

—        Сама пришла, отец.

—        Как ты осмелилась?! Стыд и позор!

—        Гоните его в шею! — крикнул мурза, и Боранчея вытолка¬ли.