И тут из нутра "мерседеса" выглянула всклокоченная голова Рафаловича, остатки его седых волос стояли дыбом:

- Ну если вы все закончили, быстро в машину! А то я вас могу не довезти!

Водитель коротко дал назад и тут же ринулся на зеленый свет. Турецкий даже удивился: все происшедшее заняло около минуты. Надо же!

Рафалович аккуратно взял из его руки пистолет, вынул платочек из верхнего кармана пиджака, любовно протер пистолет, затем грамотно оставил свои отпечатки и сунул оружие на место, в подлокотник.

- Вам ясно, что вы из него не стреляли? спросил с иронией.

- А зачем мне это нужно? вопросом на вопрос ответил Турецкий.

- Вот именно. Но реакция, скажу, у вас достойная. И Костя тоже отметил, я успел увидеть… Ну так что теперь говорить за этих отморозков? Кто им на этот раз мешал? Я? Или, может, вы? Идиеты… Я, наверное, буду прав, если высажу вас не у самого главного подъезда, где сплошные глаза, а немного в стороне. Думаю, что до самого отъезда вы ничего толком не узнаете про эту стрельбу. Ну и не надо. К сожалению, эти вещи входят в обычай… Костя, сказал в трубку и показал большим пальцем на Турецкого.

- Не надо, запротестовал Александр Борисович, нет никакой нужды меня провожать.

- А он и не будет. Пусть постоит посмотрит, вам же спокойно. Ну, протянул он руку, всего вам доброго. И спасибо, что помогли старику не расквасить себе физиономию. Пока.

Совещание у Маркашина провели сразу после возвращения Турецкого в прокуратуру.

- Смотри-ка, оказывается, совсем не поздно, только половина седьмого, походя заметил Турецкий, мельком взглянув на собственные наручные часы. А я-то думал… Да, осень наступает, и погода еще… Это он таким вот образом, на всякий случай, обеспечил себе алиби. На самом деле было уже семь, но Маркашин не обратил на его слова внимания. И хорошо, а то вдруг вопрос возникнет: где был да с кем ездил? Мало ли что, вдруг тот стрелок, которого он успокоил, жив остался! Ляпнет еще про "важняка", поди объясняйся…

Прощальный ужин прошел в спокойной, дружественной обстановке: в ресторане на Московском вокзале. Причем Гоголев вот же все-таки Славкина выучка попросил официанта завернуть бутылочку и несколько разных бутербродов для отъезжающего. Хотя Турецкий был готов уже протестовать, мол, ночь на дворе, какая еще выпивка! Гоголев настоял и взял кулек под мышку. Расплачиваясь, как-то ненавязчиво скинулись, поэтому Александр Борисович остался еще и в наваре. Настроение к концу ужина исправилось, подействовала и спокойная обстановка в ресторане.

Когда Маркашин на минутку вышел в туалет, Гоголев, хитро улыбаясь, негромко заметил, что на совещание не приехал, хоть и обещал, по той причине, что задержался на выезде. Надо же, в самом центре города бандиты перестрелку затеяли! Хорошо, никто из посторонних не пострадал. Но одна машина, если не всмятку, то, как говорят про вареные яйца, в мешочек. А другая уехала. И два с половиной трупа автоматчиков. Половина это тот, который рассказал в клинике уже, на кого они "наезжали", да вот вышло неудачно получилось все с обратным знаком.

Рассказывая быстрым шепотком, Гоголев, не отрываясь, разглядывал Турецкого.

- А во сколько это произошло? почти без интереса спросил Александр Борисович.

- Без нескольких минут семь. Мои там оказались в десять минут восьмого. Представляешь? А я испугался было, зная, что ты собирался встретиться с нашим дедом.

- Я и встретился, спокойно подтвердил Саша. Но уже в половине седьмого был в кабинете Маркашина. Он может подтвердить, если ты сомневаешься.