Лежа между Паллумом и Мартином, Роза видела, как мелькнул, опускаясь, клюв цапли.

— Ой, какой ужас!

Мартин закрыл ей глаза лапой:

— Не смотри, Роза. Я, кажется, догадываюсь, что теперь произойдет!

Смертоносный клюв, сверкнув, опустился еще несколько раз, пока Страж Болотного Холма не насытился. Он сглотнул, икнул, потом запрокинул голову и издал короткий крик. Это был сигнал, означавший, что остальные ящерицы могут убираться восвояси. В считанные секунды они исчезли в тростниках, в лагере остались только четверо друзей и серая цапля. Методично почистив клюв о поросшую травой кочку, Страж подошел к ним:

— Я Страж Болотного Холма. Это мои болота, и я здесь — закон. Ящерицы — нарушители закона, жабы и змеи — тоже. Я исполняю то, что должно быть исполнено!

Мартин ответил с суховатым поклоном:

— Я Мартин, это Роза, Паллум и Грумм. Мы хотели бы поблагодарить тебя за то, что ты спас нам жизнь. Мы направляемся через твои болота в Полуденную долину. Я надеялся, что ты укажешь нам путь.

Рядом с Розой на землю села оляпка. Юная мышка стала гладить ее по головке. Некоторое время Страж ерошил клювом перья на своей огромной груди, будто размышляя над словами Мартина.

— Я не знаю, что такое Полуденная долина, но мне приходилось слышать это название. Я проведу вас через мои болота. Соблюдайте мои законы, или я вас убью. Нарушителей закона нужно убивать. Соберите свои вещи и следуйте за мной.

Мартин подобрал свой меч, Грумм отыскал свою поварешку, Роза и оляпка нашли котомки — они оказались нетронутыми, ящерицы не утруждали себя их обыском.

— Ты не можешь потушить огонь? — ткнул Страж клювом в Паллума. — Я не люблю огня.

Еж хотел ответить, но тут переваливаясь подошел Грумм:

— Сейчас я, это самое… огонь погашу.

Крот встал на четвереньки спиной к кострищу, и его лапы бешено заработали, откидывая назад сырую болотную землю. Вскоре кострище было завалено землей и лишь едва дымилось.

Страж кивнул:

— Я бы так не смог. Ты полезный.

Грумм почтительно коснулся лапой своего носа:

— Спасибочки на добром слове. Я, значится… завсегда готов закон этот самый в болотах твоих поддерживать.

Но Страж, не слушая его, пошагал прочь. Обернувшись на ходу, он велел путникам:

— Следуйте за мной. Я проведу вас через свои болота до горы. Я должен оставаться здесь, ибо я здесь закон.

Мартин шел вместе с Розой. Он кивнул на маленькую птаху, которая порхала рядом:

— Вижу, у тебя новая подружка. Как ее зовут?

Мышка погладила пушистую головку птички:

— Просто Оляпка, так я и буду ее называть. Ты слышал, что сказал Страж? Он проводит нас до горы. Хотела бы я знать, где она, эта гора?

Над коварной трясиной навис сырой туман. Путники шли след в след за серой цаплей, стараясь не сбиться с извилистой тропы. Она была обозначена по обе стороны замшелыми ветками, торчавшими, как руки призраков, из темно-зеленой топи, испускавшей время от времени пузыри болотного газа. Все кругом стало еще тоскливее, и это был единственный признак приближающегося вечера. На поросшем лесом островке, где скрещивались две тропинки, Страж остановился. Друзья сели на сырую траву, а Страж огляделся вокруг:

— Переночуем здесь, завтра пойдем дальше.

Грумм вынул из-за пояса поварешку и стал обламывать с деревьев сухие сучья:

— Ну вот и славненько. Давай-ка, Паллум, это самое… подсоби.

Под пронизывающим взглядом Стража еж и крот застыли на месте.