– Да, она перенесла огромное горе.

– Она была потрясена, опустошена. Когда я сказал ей о смерти Марии, она не произнесла ни слова и не пролила ни одной слезинки, просто заперлась в своей комнате и почти не выходила. Когда наконец она стала по-прежнему есть и заниматься, она уже нисколько не напоминала ту резвую и живую девочку, какой была раньше. Только через много месяцев мы с Гретой смогли как-то вернуть ее к жизни. – Он печально покачал головой. – К сожалению, рана, нанесенная ее душе смертью обожаемой матери, была слишком глубокой.

– Это не так, – взволнованно возразил Дэн. – Вы были с ней рядом, вы ее любили, разделяли с ней горе, утешали ее, когда она плакала.

– Нет, Дэн. В том-то и беда. Джеки не плакала. Ни тогда, ни потом. Со смерти Марии она ни разу не пролила слез... по любой причине.

Дэн вздрогнул и вспомнил, что действительно никогда не видел, чтобы Джеки плакала. Какой бы разгневанной или огорченной она ни была, она ни разу не заплакала... даже когда ее обвинили в предательстве.

– Она любит вас, Дэн, – мягко сказал Джордж. – Джеки любовь представляется ужасной слабостью. За долгие годы она приучила себя быть независимой от кого бы то ни было. Видимо, она считает, что, если ее покинут, так ей будет легче это пережить. Это ее своеобразная защита от глубокой личной утраты.

– Меня она никогда не потеряет, – горячо ответил Дэн.

– Я это знаю. И думаю, Джеки это тоже знает.

– Джордж, мне нужно найти ее. Если с ней что-нибудь случится...

Джордж покачал головой, отвергая страхи Дэна.

– Мы должны сохранять спокойствие, Дэн! Зная Джеки, могу предположить, что ей просто надоело сидеть взаперти и, когда дождь немного утих, она решила погулять. Да, может, она уже вернулась домой, пока мы здесь разговариваем! – Он нахмурился. – Но только для того, чтобы быть уверенным, я потихоньку начну поиски. Вы уже проверяли, нет ли ее у вашей матери? – Дэн покачал головой, и Джордж продолжал: – Понятно. Я сам свяжусь с Леонорой. А вы отправляйтесь к министру Гамильтону. Тот факт, что он самая вероятная жертва и до сих пор еще не подвергся нападению, заставляет меня думать, что Джеки просто вышла погулять и находится где-нибудь неподалеку. А потом я зайду к вам.

Дэн кивнул, нисколько не успокоенный – он был почти уверен, что Джеки попала в беду... и что, несмотря на свою проклятую самостоятельность, отчаянно нуждается в его помощи.

– Вы нашли фрау Уэстбрук у ее отца? – спросила Грета, выбегая в холл.

У Дэна сердце упало: вопрос Греты уничтожил его последнюю надежду.

– Нет, Грета. Отец не видел ее весь день. А мне не приносили никаких сообщений? Например, от министра Гамильтона?

– Нет, ничего не было. – Грета казалась расстроенной. – У вас есть причины предполагать, что фрау Уэстбрук в опасности?

– Не знаю. Но я намерен это выяснить.

Тут в воздухе пронесся черный клубок шерсти и бросился Дэну в ноги.

– Убирайся, мне не до тебя! – Дэн сердито взглянул на Виски.

Но Виски ответил на это необычным шипением, а неожиданно стал тереться о сапоги Дэна и жалобно мяукать.

– Нет у меня спиртного, и мне не до игр с тобой. Так что лучше... – Вдруг внимание Дэна привлекла яркая зеленая ленточка на совершенно черной шерсти котенка. – А это у тебя что? – Дэн присел на корточки и снял с шеи котенка ленточку. – Это же лента от платья, в котором сегодня была Джеки!

Грета старательно вгляделась.

– Да, это она. – Она побледнела. – Я только сейчас вспомнила, что с самого утра в первый раз вижу котенка фрау Уэстбрук.