Кейт подумала, что от последствий такого банкета надо будет долго избавляться в гимнастическом зале либо на горных трассах.

С коктейлем, содовой, вином, минеральной водой и кофе банкет должен был обойтись в пять тысяч долларов — около ста пятидесяти долларов с человека. Естественно, в расчеты входили обслуживание, налоги, специальное украшение зала.

Кейт была довольна приличным доходом от всего мероприятия, а также качеством обслуживания. Она пробежалась взглядом вдоль длинного стола, невольно вспоминая былые дни отеля, когда ей приходилось следить за тем, чтобы официантки аккуратно расставляли столовое серебро и посуду. Кейт протянула руку, коснувшись пальцами белоснежной скатерти, и из глубин подсознания выплыли воспоминания.

Она увидела себя стоящей рядом с Эвелин Годболд в столовой Грейт-Ло, сразу после смерти Дэвида, слушая, как Эвелин рассказывает ей что-то про ножи, вилки, бокалы для воды и вина, про салфетки и тарелки для хлеба.

Кейт невольно ощутила, что ее вновь охватили чувства, связанные только с Эвелин. Даже после тридцати лет она так и не смогла бы определить, чего в них больше: страха, любви или уважения. Нет, любви все-таки было больше. Кейт вдруг вспомнила, что она очень давно не разговаривала с Эвелин, и решила позвонить как можно скорее. В последние годы ее здоровье пошатнулось, у Кейт появилось предчувствие, что судьба готовит ей еще одну потерю.

— Кейт! — Это была Элейн Броуди, появившаяся в зале. Именно она прервала воспоминания. На Элейн был прекрасный шерстяной костюм, каштановые волосы убраны назад и держались с помощью бархатной ленты. Это сделало ее похожей на фотомодель. В руках Элейн держала радиотелефон. Она улыбнулась: — Ну как тебе все это?

— Ошеломляюще.

— Твое меню, Кейт, грандиозно, просто великолепно.

— Наши клиенты — люди со вкусом, для них не грех и постараться. Думаю, они хорошо проведут время.

— Во всяком случае, мы все для этого сделали. Кейт заметила, что Элейн не решается передать ей телефонную трубку.

— Тут один звонок, некто мистер Филипп Уэстуорд из Нью-Йорка. Я не знаю, кто он такой и о чем он хотел поговорить. Может, я попрошу перезвонить позднее?

— Нет. Я поговорю с ним. — Кейт взяла трубку и кивнула Элейн. Нажав на кнопку, она произнесла: — Доброе утро. С вами говорит Кейт Келли. Чем могу помочь?

— Миссис Келли, это Филипп Уэстуорд, — голос в трубке был низкий, а слова произносились медленно, с властными интонациями. — Мы с вами не встречались. Мне принадлежит компания «Филипп Уэстуорд ассошиэйтс» в Нью-Йорке. Ваше имя мне передал наш общий московский знакомый — подполковник Борис Южин.

Имя вернуло Кейт в Россию, к ее поискам, от которых она решила пока отказаться до будущей весны. Сердце Кейт невольно забилось.

— Да, — только и смогла произнести она.

— У меня нет ничего особенного для вас. — По мягкому тону Кейт поняла, что ее собеседник уловил в ее голосе все оттенки настроения — от неожиданной надежды до полного отчаяния, — от которых перехватило горло. — Ничего нового относительно предмета ваших поисков. Но из того, что сумел рассказать мне подполковник Южин, я понял, что мы ищем одно и то же. Нас интересуют люди, которых постигла та же участь.

— Понимаю.

— Я появился на свет, когда мой отец воевал в Европе во время Второй мировой войны, миссис Келли. И я никогда не видел его — он не вернулся с фронта. Мне кажется, что отец мог оказаться среди других заключенных в России, где-нибудь в сибирских лагерях.