Девушка была ниже его, но не намного, и стройнее. Волосы у нее были черными, убранными назад от длинного узкого лица. Ее широко посаженные глаза казались почему-то особенно глубокими, будто прячущийся за ними разум усиленно работал.

— Хал Маккенн? — поинтересовался мужчина. — Я Хендел Митра. Это Джиллиан Грейсон.

Маккенн ощутил потрясение столь глубокое, что рот его открылся и закрылся как у только что пойманной рыбы.

— Джиллиан Грейсон? Дочь Пола Грейсона?

Лицо Джиллиан просветлело.

— Вы знаете моего отца?

— Ну, да, — признал Маккенн. — Мы с ним в одно и то же время были на станции «Цербера».

Угольно-черные глаза Джиллиан, казалось, сверлили в нем дыры.

— Где? Что произошло?

Маккенн мог точно сказать, что девушка не знала о смерти своего отца — и понимал, что должен быть очень осторожным, если хочет получить свободу.

— На нас напали турианцы. Мы отбивались, но их было больше. Мне попали прямо сюда.

С этим словами Маккенн отвел назад свои длинные нечесаные волосы, чтобы остальные могли увидеть белый шрам.

— Я потерял сознание. Когда очнулся, на мне лежало тело. Турианцы их обыскивали — брали себе все, что хотели. Поэтому я притворился мертвым, а учитывая кровь, залившую мне лицо, они на это купились.

В конце концов, они перетащили все тела, в том числе и меня, со станции на шаттл. Насколько я мог судить из того, что слышал, мертвых должны были перевезти на корабль. Но я понимал, что лучше мне туда не попадать. Поэтому, как только шаттл отправился в путь, я выбрался из кучи мертвых тел, взял один из пистолетов, что турианцы у нас забрали, и пошел вперед. Там были пилот и помощник. Я застрелил обоих выстрелами в затылок.

— Но что насчет моего отца? — спросила Джиллиан. — Что с ним стало?

— В тот момент я не знал, — честно ответил Маккенн. — У шаттла был обычный сверхскоростной двигатель. Все что я мог — это направить его к ближайшему ретранслятору и держать курс на Омегу. Я посчитал, что это было лучшим местом, куда я мог направиться, ведь я не знал, жив ли еще Призрак. К тому же, я сидел в украденном шаттле. Куда еще я мог полететь?

— Эта часть моего побега прошла удачно, — продолжал Маккенн. — Я продал шаттл по дешевке, но все равно выручил за него приличные деньги.

— Что потом? — скептически поинтересовался Хендел.

Маккенн опустил глаза к своим покрытым коркой нечистот ботинкам.

— Я решил, что смогу удвоить или даже утроить эти деньги, играя в «Звездный кластер». Поэтому я пошел в батаринский клуб под названием «Логово Фортуны».

— Можешь не продолжать, — с отвращением проговорил Хендел. — Ты потерял все деньги.

— Да, потерял, — стыдливо признал Маккенн. — Но не только их. Я поставил на кон свою свободу и проиграл и ее тоже.

— Мой отец, — настаивала Джиллиан. — Расскажите о моем отце.

— Именно там я и услышал о нем, — сказал Маккенн, поднимая взгляд. — Ария Т’Лоак прочесывала все бары на Омеге в поисках его. Так что когда они вошли в «Логово Фортуны» и сказали, что ищут человека, батарианцы вытащили меня из подвала. Деньги перешли из рук в руки, и я очутился перед Т’Лоак. Но к тому времени все уже было кончено. Если верить Т’Лоак, твой отец был убит на космической станции на орбите Элизиума.

Глаза Джиллиан расширились.

— Академия Гриссома.