Изменить размер шрифта - +
Приблизившись к камере, Чаз без особого усилия отстранил толстяка и заговорил прямо в передатчик.

– Красный Скиталец! – позвал он. – Взрывай остальные заряды. Все до единого, и немедленно!

Он услышал, как эти слова повторило его собственное изображение на стене здания. Потом заметил приближающегося юнца с лазером, который целился ему прямо в лицо.

– Не валяй дурака! – рявкнул Чаз. – Я знаю, тебе велено не стрелять. Им нужно, чтобы со мной покончила толпа.

Оттолкнув стрелка, он снова повернулся к камере.

– Я прошу у вас прощения, – обратился он к жителям Большого Чикаго, – но рано или поздно вам все равно пришлось бы столкнуться с гнилью. Число изгоев снаружи постоянно растет. Как вы думаете, сколько пройдет времени, прежде чем они примутся терроризировать стерильные зоны по собственной инициативе?

Чаз отошел от камеры. Сидевшие за столом не обращали на него ни малейшего внимания. Все одновременно говорили по телефонам, отдавая приказы загерметизировать дома, комнаты, квартиры; прислать машины на воздушной подушке, чтобы поскорее покинуть пределы Чикаго. Один лишь Джай, грустно и презрительно улыбаясь, молча наблюдал за происходящим. Улыбка сползла с его лица, когда он поймал взгляд Чаза.

– Зачем ты это сделал? – спросил Джай. – Какая тебе от этого польза? Если взорвут еще несколько куполов, то уже ничто не спасет тебя от гнева толпы.

– Обо мне не беспокойся, – ответил Чаз. – Неужели ты не понял, что все кончено? Отныне все будет иначе. Неужели тебе не ясно, что происходит? Даже если я проиграю. Цитадели все равно никогда не победить.

– Не понимаю, о чем ты...

– О Массе Причера, – пояснил Чаз. – Вне зависимости от того, что станет со мной, она не приведет вас к желаемой цели. И если ты действительно был со мной в том мультяшном мире, то должен помнить, что они ответили нам.

– Кто они?

Чаз указал на фигуры Богомола и Улитки.

– Ах, эти? – Джай отмахнулся от них. – Мы найдем другой мир.

– Вы найдете... – Чаз пристально посмотрел на Джая, и тут неожиданно до него дошло. – Черт меня подери! Да ты сам себе запудрил мозги! Несмотря на огромный дар и незаурядный ум, ты, как и все остальные, прячешь голову в песок!

Джай в упор смотрел на него.

– Я тебе сейчас кое‑что покажу, – сказал Чаз. Он попытался дотянуться до Массы – той, что была за орбитой Плутона, но обнаружил, что Джай блокировал ее. – Ну ладно, проделаем это прямо отсюда.

Чаз снова обратился к Массе на Земле и с ее помощью добрался до мультипликационного мира Богомола и Улитки, ощущая присутствие Джая.

– Они отказываются верить, – сказал Чаз вслух Джаю и через его разум – Богомолу. – Не могли бы вы еще раз сказать всем, что дорога в другие миры закрыта? Что бежать нам некуда.

– Хорошо, – согласился Богомол. Над прозрачным куполом крыши Эмбри‑Тауэр причудливо заклубилась Масса, и реальный мир над Чикаго неожиданно изменился. И не только для Чаза и Джая, но и для всех остальных. На первый взгляд перемена казалась почти незаметной, но на самом деле она была значительной; к окружающему физическому пространству добавилось еще одно измерение, и теперь в нем существовали не только длина, ширина и высота, но и некое четвертое измерение, связавшее Землю с далеким мультипликационным миром.

И в этом новом измерении над городом возникли Богомол и Улитка. С одной стороны, они казались обыкновенными, вырезанными из картона персонажами мультфильма, разве что внезапно ожившими. С другой, это были хорошо видимые во всех стерильных зонах Чикаго гигантские фигуры, зависшие между городскими крышами и плотным покровом облаков.

Быстрый переход