Так, если секса не было, почему тогда соски болят, словно их изгрызли мыши?…

— Манон, — выдохнули в левое ухо и припечатали перегарным поцелуем.

— Манон, — вторили справа, и перегаром дохнуло в шею.

И руки так ритмичненько и живенько заходили по её телу, оглаживая и лаская… и Манон поняла, что вот сейчас она как раз и узнает, каково это — быть с двумя… Похмельными, озабоченными муда… мужиками. Не-е-е-е. Ну их к демону, эти эксперименты с количеством партнёров. Манон набрала в лёгкие воздух и заорала:

— ПОЖАР!!! — Ээ, а почему пожар? — спросила Манон у Марины; ну, типа, это самое действенное слово при желании привлечь внимание равнодушных окружающих. Так рекомендуют кричать при нападении… на тебя же напали? Вот и ори — Пожар!

На мужиков, правда, подействовало, зашевелились активнее, но не в том направлении, не с кровати… а на Манон.

— Блять! Уроды! Урою! — завопила Манон, правым локтем заехала Маркусу под рёбра, он взвыл и освободил её правую руку. Манон освобождённой рукой тут же звезданула Илиану в глаз, он тоже ослабил хватку. Манон ужом выскользнула из ослабевших объятий. Вскочила на ноги, посмотрела на разбуженных, но ещё не проснувшихся окончательно мужчин у своих ног.

— Мальчики, вы пока побудьте тут, — попросила моргающих спросонья Илиана и Маркуса, — я щас вернусь.

Спрыгнула с кровати и выскочила из комнаты.

Манон, проскальзывая на поворотах, вбежала на чердак, проскочила его, распахнула потайную дверь, едва не сорвав её с петель. Выскочила в тренировочный зал. Здесь она провела две последние недели, навёрстывая годы бездействия. Алчный взгляд заметался по стойкам с оружием.

Арбалеты, кинжалы, метательные ножи, плети… плети… две новенькие, не отбитые плети… о-о-о-о, да-а-а. Манон подскочила к стене с плетьми. Боевые она не стала трогать. Перешла к разряду тренировочных. На одном из крюков висели её парные двухметровые новенькие красавицы, рядом на таком же подвесе висели погибшие в истерике старые подружки — то, что от них осталось. Выбросить рука не поднялась. Манон любовно провела по лохмотьям.

— Спасибо, — сказала она старым. И сняла с крюка новую пару.

Покрутила, проверила идеальный баланс.

— Я иду, мальчики, я иду, — плотоядно усмехнулась Манон и вышла с чердака тренировочного на чердак с гримёркой и костюмами.

Когда она проходила мимо стоек с одеждой, взгляд зацепился за один наряд… она использовала его для одного задания… и ей пришла одна очень-очень плохая мысль… для мальчиков. Она повернулась к стойке с одеждой.

Илиан Аландер и Маркус Солер

— Илиан, не сочти меня паникёром, но пора делать ноги, — выдавил из себя Маркус, когда голова, после воплей Манон, стала болеть поменьше. — Она не просто так убежала и попросила подождать, она не одна придёт, она с оружием возмездия придёт…

— Думаешь?

— Уверен.

— Лишь бы не дагу взяла, — передёрнул плечами от воспоминаний Илиан.

Полежали ещё, не в силах встать.

— Илиан, давай уже подниматься, — Маркус с трудом сел в кровати. Голова гудела. Пить хотелось страшно. Оглянулся, на прикроватном столике стоял кувшин и стакан. Возблагодарив Всевышнего, Маркус дрожащими руками дотянулся до кувшина и принялся жадно глотать воду.

— Мне оставь, — взмолился Илиан, словно страждущий в пустыне.

— Держи, — Маркус передал Илиану вожделенный кувшин, и тот торопливо начал глотать жидкость.

— Всё, идём, — Илиан поставил опустевший кувшин на пол.