— Я приказываю обыскать каждый дом в городе, каждую халупу, каждый чердак и подвал. Когда БЫВШАЯ герцогиня Аландер будет задержана… Она хотела развода… Она его получит, завтра же. Манон Авье должна будет сопровождена в городскую тюрьму. И разрешаю применять силу при задержании. Оповестите людей, что она опасна. Вы поняли мой приказ, господин Солер?

— Да, Ваша Светлость, — Маркус зашагал к дверям, уже взявшись за ручку, обернулся. — Вы делаете огромную ошибку, милорд, потом уже ничего нельзя будет исправить.

— Вы слышали мой приказ, исполняйте.

Когда за Солер закрылась дверь, герцог в ярости саданул кулаком по стене, разбив костяшки до крови.

— Мерзавка. Смеет бегать от меня, тварь, измываться над моим братом и угрожать МНЕ! Дрянь такая. Я проучу тебя. Не хотела моей любви… получишь ненависть… Проведёшь остаток жизни на цепи, не хотела быть женой — будешь подстилкой.

Из-за суеты, которая поднялась при возвращении в резиденцию Илиана, никто не заметил невзрачную служанку, спокойно прошедшую в ворота. Никто не видел, как она скрылась в кабинете графа. Эта служанка слышала каждое слово, сказанное герцогом. И начавшее оттаивать, благодаря Илиану и Маркусу, сердце… заледенело окончательно. Любовь? Кому она нужна, если потом превращается в это… Секс? Дома Желаний… Отличная замена… Завтра она будет свободна от уз брака. От любых привязанностей.

Она уже давно оформила все бумаги, по которым поместье барона становилось официальным пансионом для сирот. Все деньги от арендаторов пойдут на налоги, содержание поместья, оплату проживающих там слуг и гарнизона, остатки суммы, и не малые, пойдут на содержание пансиона. Жюли была назначена душеприказчиком. Что ж, остаётся только отпустить эту душу.

Илиан Аландер

Илиан проснулся от лёгких, приятно холодящих поглаживаний по спине. Он завозился, пытаясь повернуть голову и посмотреть, чьи руки разбудили его.

— Тщ-щ-щ, не шевелись, почти закончила, — прошептал знакомый голос.

— Манон?

— Я, лежи тихо, мне осталось твой зад намазать.

— А как ты здесь оказалась? — спросил Илиан, окончательно просыпаясь, как только прохладные ладони легли на его ягодицы. — М-м-м-мой зад… продолжай… нравится…

— Ножками дошла, — в голосе послышалась улыбка. А руки гладили, втирая в кожу приятно охлаждающую мазь. И пахло мятой… и так нежно её руки прикасались к нему. Эту мазь втирал утром Моро, но было не так приятно. — Не могла же оставить страдальца.

— Манон, тебе опасно здесь, Тигран взбесился… — Илиан порывался встать, но Манон придавила его рукой к постели… м-м-м, блаженство…

— Не дёргайся. Я знаю… слышала их разговор с Маркусом. У меня были здесь дела. Слушай внимательно. Завтра приезжает твоя сестра и зять. Сейчас я уйду. Вернусь завтра ночью. Уверена, что Филирр решился убрать тебя и… брата. Начав чистку среди приближённых… герцог ускорил ход событий… Я буду рядом, с вами ничего не случится. Мазь оставлю. Пусть Маркус завтра днём вотрет тебе её. Лекарю не показывай, а то вопросы появятся — откуда.

— Э-э-э, я не хочу Маркуса.

— Он тебя тоже не хочет… но надо. Ему такую же выдал Моро.

— И ты его мажешь?

— Нет, ученик Моро.

Илиан выдохнул, счастливо улыбнулся. Только ему достались врачебные ласки.

Манон легко ущипнула его за ягодицу.