— Поговорим? — спросила Манон, поигрывая раскрытым кинжалом. Тигран, не сводя глаз с лезвий, кивнул.

Манон подтащила кресло к Тиграну, села, устраиваясь поудобнее, ноги на живот ему положила. Он засопел и заломил возмущённо бровь.

— Ноги замёрзли, вода-то холодная, — пояснила Манон.

— Я вообще в луже лежу, — напомнил Тигран, — на жёстком полу, — попытался надавить на жалость. И как ни странно, получилось. Манон окинула его скептическим взглядом. Кивнула, встала, не удосужившись убрать ноги с его живота. Тигран болезненно ойкнул и напряг пресс. Манон прошлась по нему, как по полу, стянула с кровати одеяло, бросила рядом на пол, где не было воды.

— Ложись, — предложила она любезно.

— Как?

— Переползай, или могу подопнуть, если хочешь, — равнодушно ответила она.

— Ты само сочувствие и доброта, — съехидничал Тигран, ужом переползая на сухое одеяло. — О чём будем говорить?

Молча наблюдая за телодвижениями мужа, она вновь пододвинула кресло поближе к нему, вытерла ноги об одеяло, села в кресло, а ступни устроила на его напрягшемся животе.

— Сейчас тоже ноги замёрзли?

— Нет, сейчас пресс тренируем, а то смотрю, жирок появляться стал. Мышцы одрябли. Дыхалка не та. На продолжительный секс тебя уже не хватает, — при этом она надавливала ступнями на пресс.

— Хочешь продолжить? — сощурился уязвлённый муж. — Развяжи меня и посмотрим, у кого дыхалка слабая и кто первый сдастся.

— Нет, супружеский долг мне ты вернул. Можно, конечно, было подольше и поразнообразнее, ну, да ладно, я без претензий, — зевнула Манон, прикрыв ладошкой рот. — Просто констатирую факт. Мне же тебя в другие руки передавать, наследников плодить, а тут такой ай-яй-яй, — и снова ткнула пяткой в напряжённый пресс.

— Мано-он, — предупреждающе рыкнул Тигран.

— Ладно, отвлеклись. Переходим к сути. Как я уже говорила, я хочу развода. Насколько я поняла из вашего разговора с Солером, ты его жаждешь не меньше.

Тигран напрягся, вспомнил, что наговорил Солеру и после.

— Ты снова подслушивала? — Тигран скривился презрительно. — Не стыдно?

— Ничуть. А как ещё узнать правду? — Манон закрыла дагу и поигрывала ею. — За то время, что мы знакомы, я трижды была свидетелем разговора, касающегося меня, но не предназначенного мне.

— Трижды? — Тигран напрягся ещё больше, вспоминая, где же он ещё наболтал лишнего.

— Не суть. Главное я услышала в этом доме. — Манон вперила равнодушный взгляд в мужа. — Скажи мне, зачем всё эти усилия по моему задержанию? Неужели настолько уязвила твоё мужское достоинство? Тигран?

— А любовь? Ты не берёшь её в расчёт?

— Любовь?! Так ты мне сейчас в любви признавался?! — Манон сжала дагу до побелевших костяшек. — Приказывая господину Солеру при задержании применить ко мне силу и посадить в тюрьму БЫВШУЮ герцогиню. Это ты так пламенные чувства доказывал?! Или что ты там говорил? — Манон задумалась, вспоминая. — «ТЫ не хотела моей любви… получай ненависть», и особенно мне понравилось это: «Не хотела быть женой — будешь подстилкой», — шипела яростно Манон. — На цепь меня хотел посадить…

Она пнула его в бок. Тигран закусил губу.

— Скотина, ты, Аландер. Я всё сделала, что ты хотел от меня. Я старалась быть хорошей женой, герцогиней, каждый день, каждый грёбаный день, проведённый в этом доме, я чувствовала себя в клетке.