После почти часового разговора продавец перегнулся через прилавок и, чтобы никто не слышал, зашептал Лешке на ухо:

– Вон возле чучела медведя видишь парня?

Лешка обернулся, но сделал это слишком откровенно, и продавец недовольно зашипел на него:

– Ты поаккуратней хавальником води. Не в театре.

– Я понял. Извини.

– Ладно. Ты подойди к нему. Потолкуй. – Продавец не стал говорить, о чем толковать. Вдруг все-таки этот кент из ментовки да с диктофоном в кармане. А так всегда отказаться можно. Мало ли о чем говорили.

Лешка дал ему за наводку пятидесятирублевку.

Как показалось, продавец подмигнул парню. Во всяком случае, стоило Лешке подойти, тот тихонько спросил, водя глазами по сторонам:

– Тебе какое? Двустволку? Или пятизарядку? Двенадцатого или шестнадцатого калибра?

Раздумывал Лешка недолго. Двенадцатый калибр – ружье хорошее, слов нет, но носить будет тяжеловато под курткой. Да и бой у него, как из пушки.

– Мне бы шестнадцатого калибра, двустволочку. И чтоб бой был покучней.

Парень сразу сообразил, для чего Лешке ружье с таким кучным боем.

– Понятно, – сказал он. – Полторы «штуки» клади, и будет тебе ружьецо.

Лешка вынул из кармана деньги, отсчитал полторы тысячи рублей.

– Пошли на улицу, – предложил парень, пряча деньги в карман «косухи».

– Слушай, сделай еще патронов штук двадцать. И чтоб дробь покрупней была.

Парень кивнул.

– Давай еще сотку. Будут тебе и патроны.

Лешка дал.

На улице парень велел Лешке ждать его за углом.

– Стой и никуда не отходи. Я мигом, – и быстро исчез, словно растворился.

Миг этот растянулся на целых пятнадцать минут. Лешка уже хотел вернуться в магазин, полагая, что денежки его уплыли. Взять продавца за рога и получить с него все, до последнего рублика. Он дал наводку на этого шныря, пусть расплачивается.

Но тут вернулся парень. В руке он нес бумажный сверток.

Лешка догадался – это «стволы».

– А ты быстро, – иронически сказал Лешка парню.

– Заминка вышла с шестнадцатым калибром. Сейчас такие не очень берут. Всем подавай пятизарядки. Вертикалки – двенадцатого калибра. Но тебе досталась классная тулочка. Номер мы затерли, потому и задержался. На, бери. – И, попрощавшись, парень исчез в толпе.

Дома Лешка отпилил стволы и приклад. Получился обрез.

Теперь он был готов встретиться с Манаем и отомстить за убийство матери.

На улице было прохладно и сыро. Всю ночь шел дождь, смывая с деревьев последние листья.

Это время года Лешка не любил. Осень всегда наводила на него грусть.

Он шел по улице, вглядываясь в скучные лица прохожих. Даже поговорить не с кем. И он решил съездить к Ксюхе. Почему-то был уверен: она по-прежнему живет в той квартире, где убили Кузьму.

Он вошел в метро, спустился по эскалатору вниз.

Ксюха не обрадовалась его приходу.

– Ты? – спросила она удивленно и в то же время растерянно.

– Я, – улыбнулся Лешка. – Не ожидала?

В квартире пахло жареным мясом. У него сразу же засосало в желудке.

После смерти матери он варил супы из пакетиков. Недорого и главное – быстро.

Но Ксюха не собиралась приглашать его в квартиру и тем более угощать.

Лешке показалось, будто он заметил мелькнувшего человека.